— Кого? — спросил я.
— Миссис Купер, из соседнего дома. Она всегда отправляется в центр за покупками в субботу утром. Наряжается с ног до головы и примерно в одиннадцать покидает дом. Когда я увидела ее выходящей в обычное время, то пришла к выводу, что была не права. Едва ли она могла оставить его одного в своем доме.
Сэм решил уточнить:
— Значит, вы думали, что ваш муж мог провести ночь в доме Купера?
— Естественно, — сказала она. — Элен Купер была его последним интересом. Все соседи знали об этом.
— Так ли? — заметил я. — И мистер Купер?
— Ну, возможно, он и не знал. Зато все остальные — наверняка. Общие сплетни.
Я попросил ее быть более конкретной, и она сообщила нам имена двух подруг-соседок, кому сама говорила о своих подозрениях в отношении мужа и Элен Купер. Мы также расспросили о последних передвижениях ее мужа, однако она мало чем могла в этом помочь. Она сказала, что наблюдала за ним до тех пор, пока он шел по улице в направлении Кингз-хайвей и свернул прямо за домом Купера. Если он позже вернулся, она не могла этого увидеть.
Мы поблагодарили ее за сотрудничество и отпустили домой.
— Теперь давай познакомимся с этими соседками, — предложил я Сэму Уиггинсу.
Обе соседки, чьи имена назвала миссис Мэркс, подтвердили сказанное ею. Они заявили, что частенько видели Мэркса входящим в дом Купера, когда сам Джордж Купер отсутствовал.
Мы перекусили перед тем, как отправиться обратно в центр. Вместо того чтобы вернуться прямо в управление, мы задержались у морга, который находился по дороге к нашему офису.
Доктор Аллен Шварц производил вскрытия. Мы нашли его в своем кабинете.
— Объяснить вам в медицинских терминах или обычными словами? — спросил он.
— Давайте попроще, — попросил я. — Сэм не слишком образован.
Сэм глянул на меня.
— Разумеется, — согласился он. — Ведь Сод закончил начальную школу с отличием.
— Его череп проломили тупым предметом, — коротко произнес доктор Шварц. — Этого достаточно?
— Вполне, — сказал я. — Можете ли вы установить точное время наступления смерти?
— В таком случае, как этот, установить точное время наступления смерти не так-то просто. Если вы мне не сообщите, когда он ел фаршированный перец во время обеда.
— Что вы этим хотите сказать? — удивился я.
— Тело находилось в каком-то морозильнике. Он мог умереть и неделю назад.
Мы с Сэмом переглянулись. Сэм проговорил:
— Вы можете назвать хотя бы приблизительное время, когда он мог умереть?
Доктор пожал плечами.
— Несколько дней назад. Ночью в прошлую пятницу, в субботу утром, может быть.
Мы поблагодарили его и вернулись в Управление. Заглянув в Центральный округ, вызвали к себе Джорджа и Элен Купер для дальнейшего допроса. Купер протрезвел и находился в состоянии тяжелого похмелья. Из-за этого был меньше настроен к сотрудничеству, чем вчера. В то время как его жена опустилась на стул, он сесть отказался, предпочитая стоять и оглядывать нас с Сэмом свирепым взглядом.
— Ну? — воскликнул он. — Закончили вы свое расследование, полицейские?
— Почти, — ответил я. — За исключением нескольких вопросов.
— Имеющих отношение к расследованию?
Его тон заставил меня удивленно посмотреть на него.
— Что вы имеете в виду, мистер Купер?
— Меня просто интересует, как работают копы. Когда кто-нибудь признается в преступлении, вы принимаете это к сведению и ставите точку или же выходите наружу и немного копаете?
— Немного копаем, — заверил я его.
Он раскрыл рот, собираясь что-то сказать, затем поморщился и свесил голову.
— Ух! У вас найдется аспирин?
— У меня в столе. Здесь, — сказал Сэм.
Он повел Купера к своему столу в другой угол комнаты, достал стакан воды из холодильника и дал ему запить аспирин.
Я обратился к женщине:
— С тех пор как мы виделись с вами вчера, всплыли еще кое-какие обстоятельства, миссис Купер.
— Какие?
— Вы забыли упомянуть, что были дружны с Генри Мэрксом.
Ее лицо окаменело.
— Какое это имеет отношение к делу?
— Кажется, всей округе известно, что он…
— Сплетни! — прервала она с возмущением. — Значит, таков ваш способ ведения следствия! Шныряете вокруг и собираете сплетни!
— Один из методов.
— Ладно, это неправда. Бьюсь об заклад, я знаю, кто начал распространять эти слухи.
— Да? И кто же?
— Эта маленькая мегера, Виола Мэркс. Она такая ревнивая, что готова клеветать на собственного мужа, чтобы насолить ему.
— Даже для чего? — спросил я.