Глазок в Тайкиной двери очень замечательный — вылитый стрекозиный глаз с периферийным зрением, всю лестничную площадку обозревал, поэтому я сразу увидела Леню, стоящего чуть в стороне, еще какого-то мужика за его плечом и только потом уже Влада.
— Ты уверен, что она дома? — тихо спросил Леня.
— Конечно, она только что мне звонила и, судя по голосу, была в хлам простужена.
— Сейчас эпидемия, — до боли знакомым голосом прогнусавил третий и чихнул. В обморок я падаю только тогда, когда у меня кровь на анализы берут, но в этот момент я ощутила все симптомы приближающейся потери сознания. За дверью, вне всяких сомнений, торчал сопливый приятель Сережи и Аристарха, а мы-то были уверены, что он остался там! А он жив!
Влад маниакально давил и давил на кнопку звонка, потом подергал дверную ручку.
— Может, вышла куда, — предположил сопливый, — в магазин, например.
— Пойдемте, подождем, — сказал Леня и, судя по звуку шагов, все спустились ниже, к грязнючему окну на лестничной клетке.
«Скоро Тая придет с работы, — громко произнес Внутренний Голос, — и столкнется с ними…» На цыпочках я прокралась на кухню и набрала рабочий номер подруги. Слушая долгие гудки, я злилась на нерадивых служащих банка: минута в минуту убегают с работы!
— Алло, — внезапно ответила трубка чужим женским голосом.
— Здравствуйте, — залепетала я, — позовите, пожалуйста, Таисью Ливанову.
— Она уже ушла.
— А давно?
— Минут десять назад.
— Спасибо, — я медленно положила трубку. Работала Тая совсем рядом с домом, минут через двадцать, она должна была показаться на горизонте.
Стараясь не шуметь, я отодрала какие-то старые лейкопластыри, которыми экономная Тая заклеила окна на зиму, открыла форточку и выглянула во двор. К сожалению, у меня не получилось распахнуть все ссохшееся и слипшееся за зимнюю спячку окошко, но, третий этаж не пятый, Тая должна была меня заметить и услышать даже из форточки.
Когда моя головушка бедовая уже просто трещала от холода и ветра, Таисья, наконец-то выплыла из-за угла гастронома.
— Тай! — хрипло крикнула я и, высунув руку, замахала. Подруга притормозила и начала озираться. Крикнув еще пару раз, я все же привлекла ее внимание.
— Там засада! В подъезде! Не ходи туда!
Неизвестно, что поняла подруга из моих торопливых выкриков, но она молча бросилась куда-то в глубину двора и скрылась из вида. Я закрыла форточку и спрыгнула на пол, голова настолько хорошо проветрилась, что мысли запрыгали в ускоренном темпе. Одна скакала выше всех: почему Леня и сопливый вместе? Ведь сопливый собирался похитить его жену, а в результате прихватил двух подружек… да, теперь-то мы с Таей точно не отвертимся, свидетель нашего пребывания на даче Аристарха имеется… Влад, предательская морда, Бог тебя обязательно покарает!
В прихожей раздался какой-то шум, кто-то возился с входной дверью. Прихватив с собой, скорее для самоуспокоения, чем для реальной надобности, молоток для отбивания мяса, я прокралась в коридор и приникла к глазку. Там возилась Тая собственной персоной, она пыталась открыть дверь, запертую мною изнутри. Подруга была одна-одинешенька. Я быстро впустила ее, и мы снова заперли дверь на все замки.
— Они ушли, да? — прошептала я.
— Не знаю, — так же шепотом ответила подруга.
— А как же ты прошла?
— По пожарной лестнице!
Надо сказать, что дом, в котором жила Тая, несколько отличался от остальных, психически здоровых жилых строений. Лет девять тому назад воздвигли «коробку» под общежитие уж не помню какого завода, но завод благополучно вылетел в трубу, а «коробка» так и простояла до наших лучших времен. Потом администрация обязала строительную компанию переделать не-состоявшуюся общагу под жилые квартиры и распродать по бросовой цене. Так и осуществилась Таина мечта о собственном жилье. Квартиру она приобрела в самом конце длинного «общажного» коридора, рядом с милой застекленной дверцей, ведущей на маленький балкончик и комфортабельную пожарную лестницу.
— Так кто там, в засаде? — Подруга деловито сбросила сапоги, и мы прошли в комнату.
— Влад, Леня и сопливый.
Тая застыла на пол пути.