Она ждала.
Не любимого, не мужчину, не героя, не мужа… Ждала того, кто придет. И он пришел. С ней случилось что-то вроде шока. Вернее, летаргического сна; правда, работать в больнице она могла. А все остальное куда-то провалилось, и лишь возникало, чтобы разбудить. Например, этот телефонный звонок. Тамара схватила трубку; как эстафетную палочку.
— Томик, отгадай загадку. Какая разница между мужскими и женскими штанами?
— Не знаю.
— В мужские лезут ногами, в женские — руками.
Он смеялся долго и глухо.
— Томик, одевайся под серую мышку.
— В смысле…
— Чтобы, к примеру, мент на тебя смотрел и не видел. Неяркий прикид. Через полчаса жду у кафе «Голубой лотос».
— Это на углу?..
— Где кучкуются педики. Шуруй!
Тамара заметалась по квартире. День не солнечный, даже прохладный: темные брюки и серенький все закрывающий плащ. Туфли без каблуков, чтобы пониже ростом — как мышка… Взгляда не надо, поэтому яркий макияж ни к чему: слегка пудрой с витаминами из апельсинового сока. Мазок помады «Колор Риш». И шляпка, которая закрывает лоб и затемняет глаза…
Почему Саша не приехал за ней на машине? В кафе «Голубой лотос» Тамара никогда не была и даже мимо проходить не любила. Тут переминались жеманные молодые люди, пахнущие дамскими духами. Стоять здесь ей не хотелось, но и не пришлось — Саша подхватил ее под руку и повел к автобусной остановке.
— Держи пакет.
Чуть длиннее и шире батона, красный пластик, заклеенный скотчем. Она не спрашивала, что в нем, — усвоила оперативную работу. Страшновато-суровое Сашино лицо пресекало всякое любопытство. Голос стал глуше, белокаменный подбородок острее.
— Томик, доедешь до аэровокзала, войдешь и станешь под табло. Пакет держи на виду. Ровно в двенадцать подойдет господин европейского вида и спросит: «Мадам, меня ждете?» Ты кивни и отдай пакет, и все. Я тебя встречу.
Он подсадил ее в автобус. Тамара предпочитала любовные сериалы, но иногда смотрела и детективы. Американские. Там были сотрудники, офисы, автомобили, кофе… Правда, в полицейских участках. Саша же из российского уголовного розыска — без офиса с кофе…
В аэровокзале Тамара оказалась в половине двенадцатого. Она села в зале ожидания. Здесь всякий занят своим делом: читают, жуют, разговаривают… Человек произошел от обезьяны, которые любопытны до вертлявости. И вообще, все животные любопытны. И люди: без любопытства телевизора бы не изобрели. Что в этом пакете? Легкий, почти невесомый. Не коробка же конфет?
Она огляделась. Ее рука, управляемая уже не ею, а генетическим любопытством, отлепила скотч и вынула продолговатый пакет — белая плотная бумага, перетянута резинкой. Тамара сняла ее и развернула…
Сперва удивление, потом страх… То, что было у Саши в кейсе, то, что они унесли ночью с дачи. Страх-то почему? Не бомба, не змея… Тамара упаковала сверток и пошла к табло.
Ровно в двенадцать к ней подошел человек в кофейной шляпе, коричневой замшевой куртке, красном галстуке и ласково сказал:
— Майн Готт, фрау Томка!
Усики Гюнтера разъехались, поредели, отчего губа посветлела. От него пахло вином и одеколоном…
— Мой подарок есть хорошо?
— Очень хорошо, — видимо, она пискнула.
— Тот вечер надо повторить, да?
Тамара сунула сверток в его руки и пошла скоро, петляя меж пассажиров, было бы удобно, припустила бы бегом. Чего растревожилась: сотни людей передают посылки.
Саша ожидал на автобусной остановке. Он прижал ее к себе с такой силой, что все страхи как бы расплющились. От улыбки его острое лицо сделалось шире тарелки?
— Молодец, Томик.
Он протянул конверт.
— Что это?
— Пятьсот баксов заработала.
И поцеловал ее в щечку: от Александра пахло шашлыками.
Леденцов разглядывал лейтенанта Владимира Чадовича с угрюмым любопытством. Большие голубые глаза хороши для девицы, а не для оперативника. Да еще русые волосы колечками. Херувим. Говорят, вчера в дежурке он сосал эскимо. Видимо, один из тех, кто пришел работать в милицию, насмотревшись фильмов про телевизионных ментов.
— Докладывай, — буркнул Леденцов.
— Согласно заданию…
— Я знаю задание. Давай по существу.
— Гражданка Самоходчикова вышла из дому и переместилась к «Голубому лотосу»…
— Как это «переместилась»?
— На автобусе, товарищ майор. У кафе ее встретил мужчина лет тридцати, среднего роста, щуплого телосложения, который передал ей сверток. Со свертком Самоходчикова переместилась в аэровокзал…