— Но она же старая. — Тамара нашла резон, почему Олег не мог быть с ней знаком.
— Видимо, поэтому на мои письма и не отвечает.
— Прикалываетесь? — догадалась она.
Тамара поймала себя на том, что ей приятно идти с этим молодым человеком. Именно потому, что «молодой человек», в то время как вокруг одни парни. Коротко стриженные, с выпирающими затылками — у него русые волосы-локоны; в черных кожаных пиджаках — у него мягкая замшевая куртка; пахнущие дезодорантом — от него шел аромат загадочного одеколона. Ну, и голубые глаза.
— Спасибо за помощь, — сказала она у своей двери. — Вы, наверное, студент?
— Как догадались?
— Лицо задумчивое.
— Я в уме решаю кроссворды.
И он побежал не следующий этаж. Тамара вошла в свою квартиру, разобрала сумки, и ей показалось, что здесь все стало необжитым. Она, хозяйка, дежурит или спит. Обедов не варит, телевизор не смотрит. Что делает? Ждет. Чего? Неизвестной перемены в жизни. А Саша пропадает в никуда и возникает ниоткуда. И эти тайны… Надо все-таки изловчиться и спросить прямо…
Но Саша пришел, нет, он не ходил, а напирал на жизнь, как внезапный шквал. Бросил в кресло сумку, со стуком поставил бутылки с пивом, рывком прижал ее… Тамаре нравилась эта пробивная сила — мужчина. Да и весел он всегда, когда не зол.
— Будем ужинать или тянуть Митю за титю?
Сейчас, пока веселый, или никогда.
— Саша, меня допрашивали в прокуратуре.
— О чем?
— О Мазине.
— Мною интересовались?
— Они о тебе не знают.
— Ну и хрен с ними!
Саша откупорил бутылку, налил ей стакан и остальное выпил прямо из горла. Тамара тоже поспешила проглотить пиво, чтобы стать смелее, и, не отерев с губ пену, выпалила:
— Саша, а ведь ты в милиции не работаешь.
— Прикольчик, маму твою поперек!
— Ведь правда?
— Кто тебе оказал?
— Никто, женская интуиция.
То ли от пива, то ли от выпавшего момента у Тамары екнуло желание расспросить о его родственниках, о месте жительства, о тяжелых чемоданах, привезенных Гюнтеру, о кукле в кейсе… Но Саша наступил на нее телом, почти прижав к столу. Узкое лицо, острый подбородок и долотистый нос как бы слились в единоострое и направленное ей в глаза.
— Да, блин, я не мент и никогда им не буду!
— Кто же ты, Саша? — тихо спросила Тамара.
Он взмахнул рукой с такой силой, что слабый ветерок шевельнул ее прядку на лбу. Тамара отстранилась, испугавшись удара нечаянного… Но Саша всего лишь что-то доставал из внутреннего кармана. Красная книжечка, которую он раскрыл и сунул ей под нос…
Удостоверение… Фотография Саши, смотрящего прямо и сурово… Печать; не то краб, не то рак — нет, расплывчатый двуглавый орел… Крупный текст «Частный детектив»… «Лицензия №…» А как же удостоверение капитана милиции? Запасное?
— Саша, так ты частный детектив?
— В натуре. — Он спрятал документ.
— А разве частные детективы засекречены?
— Частные детективы не засекречены, но я берусь за такие крутые дела, от которых не только МВД, но и ФСБ отказываются.
В голове Тамары сразу прояснилось, и все стало на свои места. Почему же он так долго скрывал свою работу и тянул ее душу? Теперь запреты на все вопросы отпали.
— Саша, а где твой офис?
— Мой офис у тети в попис.
— Как?
— В чем вшивость моего положения? Я частный детектив. Част-ный! Работаю в одиночку. Помочь некому. Ситуёвина?
— Я помогу, — вырвалось у нее.
— Сказанула без рихтовки, — довольно решил он.
— В каком смысле?
— Обратной дороги нет: позади иконка — впереди шконка.
Она не все слова поняла, но схватила главное: с этого момента они срослись. То, что было непонятно, то и скрепило. А женщине не обязательно разбираться в мужских делах. Жизнь сплетена из двух веревочек: из работы и любви. Он пусть вяжет свои деловые узелки, а за их любовь она в ответе.
Саша покопался в сумке, достал конверт и протянул ей. Она взяла.
— Что это?
— Тысяча баксов.
— Доллары?
— Томчик, хреновый я был бы друган, если бы заставил тебя вкалывать без бабок. Ты уже ходила со мной на ночное задание.
— Так много…
— И рот заклей скотчем, ясно?
Пока не заклеила, Тамара спросила:
— Саша, а что такое шконка?
До РУВД я пошел своим ходом, поскольку не знаю лучшего отдыха, чем ходьба. В милиции имелся зальчик, да и сотрудников у них значительно больше, поэтому совместные мероприятия проводились у них. Более двадцати лет я бываю на этих мероприятиях, одинаковых, как подобные треугольники. «Сбить волну преступности». В сущности, глупость, есть ли волна преступности, нет ли ее, надо выполнять закон. И если бы правовая практика была стабильной, никаких волн не прокатывалось бы.