Чонмин, листая ленту, увидела, что фото действительно хорошие. Кисик сказал, что за фото отвечает он, чем втайне гордится. Но для быстрого поиска не хватало тегов, а тексты были слишком простыми, как и само название мастерской. «Вот крепкая классическая тарелка из горной белой глины».
– …Да, если честно, здесь нет никаких завлекающих формулировок.
– Чонмин-си, не хочешь попробовать? С меня бесплатный обжиг.
– Я сценарист, это не то же самое, что копирайтер или маркетолог. – Чонмин развела руками. Вдобавок уже больше года она вообще ничего не писала.
– Мне и не нужен суперпрофи. Мне просто нужен кто-то способный написать текст, который найдёт отклик в душах современных людей. Ведь твоя профессия очень чувствительна к трендам. Я медленно работаю, поэтому нет нужды много выкладывать. В неделю нужно пару постов. Разумеется, можно этим заниматься только в те дни, когда ты приходишь в мастерскую.
Кисик и Чихе тоже поддержали Чохи. Требовалось писать всего лишь коротенькие тексты для соцсетей, но Чонмин подумала, что пока ещё не может преодолеть барьер под названием «текст». Она считала, что больше не способна писать. А тут неожиданно она снова столкнулась с необходимостью писать «тексты».
На прошлой работе Чонмин была помощником сценариста в съёмочной группе, которая снимала документальные программы о жизни людей. Прошлым летом она организовала съёмку выпуска про переводчика, который приложил руку к адаптации множества известных фильмов и стал символом успеха. Всё – от съёмок до монтажа – прошло гладко. Однако на предварительном просмотре руководитель съёмочной группы и главный сценарист отреагировали вяло. Продюсер постукивал пальцами по клавиатуре, словно нервничал.
Где-то в середине фильма оказалась сцена, когда переводчик внезапно расплакался и стал делиться историями о своей матери. «Мать бросила нас с младшей сестрой, и я думал, что никогда её не прощу…» Чонмин вся напряглась. После съёмки переводчик позвонил ей и попросил убрать унизительную для него сцену про семью. Естественно, она передала эту просьбу продюсеру…
Но все, кроме Чонмин, закричали на этом моменте: «Браво!»
– Вот оно! То, что надо!
Руководитель съёмочной группы явно был доволен, он перемотал видео назад и ещё раз просмотрел момент, где герой плачет.
– В начале было скучно, сейчас скука пропала. Этот эпизод всё оживил. Продюсер Ли, сценарист Ю, это поворотный момент, согласны?
Главный сценарист Ку хлопнула Чонмин по спине, сказав, что она сделала отличную работу.
– Я действительно вложил много сил, чтобы раскрыть человеческую историю. На том моменте я сам заплакал! Моего отца не стало в позапрошлом году, и я соврал, что не смог увидеть его на смертном одре. И только после этого наш гость потихоньку стал раскрываться, – стал сочинять продюсер, которому не терпелось получить как можно больше одобрения. Он был похож на собаку, виляющую хвостом.
Когда Чонмин проверяла отснятый материал, она подумала, что эта сцена осталась только в черновой версии. Ведь именно это с такой лёгкостью пообещали во время перерыва. Но на самом деле сцену аккуратно отредактировали и оставили в качестве интервью с главным героем.
– Хм, продюсер Ли, тебе положен приз за актёрское мастерство. Этот трогательный момент должен остаться в середине, чтобы сюжет не завис и было интересно. Полное погружение, – восхитился руководитель группы.
– Интересно? – Чонмин одним словом охладила атмосферу. – Человек плачет, а вам интересно? Уважаемый продюсер, я же вам говорила, он просит вырезать рассказ про семью. Это требование героя программы.
– Сценарист Ю, как вы можете такое говорить, вы же отлично знаете, как работает телевидение? – нахмурился продюсер.
– Он не знаменитость, обычный человек, поэтому личную информацию необходимо фильтровать, так будет правильно, – парировала Чонмин.
– Тогда становится неинтересно, понимаете? Всё это убрать? А чем тогда заполнить время? И так было нелегко, ведь у этого человека очень скучная жизнь. Знаете, это в первую очередь ваша вина, сценарист Ю, потому что именно вы его нашли! Раз у вас такой опыт, вы должны видеть, подходит человек для съёмки или нет!
Продюсер уставился на Чонмин. В это время руководитель группы уронил ручку, которую вертел в руках. Звук падения заставил всех замолчать.
– Погодите, то, о чём вы там с ним договорились, не является же окончательным решением…
– Руководитель, нам нужно убрать всё интервью. Нельзя это показывать.