— Вижу, моя идея не оставила тебя равнодушным.
— И сверху, и снизу? — вместо ответа уточнил Хеллард. Сикорски его мгновенно понял.
— Да, и под кораблем, и над ним, купол закрыт со всех сторон. Полная замкнутая сфера, точнее куб.
— Значит, он там, — удовлетворенно произнес Джонни, чувствуя, как нервное напряжение покидает его. Мышцы обмякли, он по привычке ссутулился.
— Я тоже так думаю. Он там! Если только не свалил со звездолета в тот момент, когда «Безупречный» еще приближался к Земле.
— А что автоматика?
— Говорит, никто не покидал борт судна.
— Хм… Знаешь, Дэн, ей нельзя верить. Если все это время ОН был на борту, значит, смог отключить системы контроля корабля, в каких-то точках. Иначе бы ЕГО давно обнаружил элмозг.
— Думаешь, хакер?
— Не без этого. В общем, нельзя верить тому, что говорит автоматика. Мог ОН свалить.
— Но, Джо, транспортные катера все на месте. Я лично проверил.
— Это меняет дело. Пролезть на борт ОН бы, вероятно, смог. А вот протащить с собой еще и десантный катер — это вряд ли. Значит, ОН там.
— Щас мы его оттуда выкурим, Джо. Я сам вскрою ему брюхо. Я вспорю его, как дохлую рыбину.
— Стоп! Сначала Энди узнает, на кого работал этот гад. Иначе «Сигме» не видать контракта на постройку кораблей… Этот… нужен живым. Пока живым.
— Заметано. — Сикорски поднес к губам маленькую переносную рацию. — Приступили, ребята.
Раздался низкий, басовитый рокот, из-за ближайшего пакгауза выползли две десантные машины с вооруженными людьми на борту. Фигурки быстро и сноровисто попадали на землю и стали одна за другой исчезать в проходе силового купола. У каждого человека на голове была «ракушка» спецсвязи, очки ночного видения, короткие автоматы и па-рализаторы у пояса, в чехлах.
— Наш спецназ, — гордо произнес Сикорски. — Раньше видел их в работе?
— Пару раз, издали, — задумчиво произнес Хеллард, наблюдая, как последние десантники исчезают в тени прохода.
— Тренируют их почище морской пехоты, — объяснил Дэн. — У нас «бойцов» не так много, для всяких непредвиденных ситуаций… как сейчас.
— Слушай, — перебил его Джонни. — А если кого-то из них… — Он не договорил. — И в форму оденется?
— Не дрейфь, парень, все предусмотрено, — усмехнулся Сикорски. — Не в первый раз. Каждому вживлен датчик контроля, по кораблю они могут передвигаться только двойками. Не волнуйся, через пару часов ребята притащат ЕГО нам… Жив будет, хотя яйца отобьют. Я дал команду не мочить.
Но через пару часов спецназ никого не притащил. Десантники обшарили весь корабль, но не смогли отловить ЕГО и к вечеру, настойчиво и методично исследовав звездолет во второй и в третий раз.
До обеда Сикорски и Хеллард сидели рядом на травке, жарились под немилосердным июльским солнцем, потягивали пиво. Во второй половине дня, когда спецназ приступил к третьему (подряд) осмотру корабля, Джонни Хеллард оставил Сикорски греться на солнышке в одиночестве. Его флайер развернул нос в сторону комплекса административных зданий. Джон вяло махнул рукой на прощание, уныло сознавая, что они допустили ошибку. Только с похмелья он мог пойти на поводу у Сикорски. Только с больной головой он не сообразил все еще с утра.
Резкий порыв ветра бросил маленькую машину в сторону, опрокидывая ее на крыло.
— Черт! — ругнулся человек в кабине, потными дрожащими пальцами нащупывая крепления ремней. Щелчок. Он почувствовал себя немного увереннее. Злость не утихала. — Какого… я понадобился Хортону именно сегодня?! — в сотый раз спросил он, пытаясь успокоиться. Голова кружилась после неожиданного маневра спортивного флайера. Хорошо, что автомат так быстро убрал крен.
От этих мыслей его отвлек тревожный зуммер. Человек бросил затравленный взгляд на приборную панель и почувствовал, как желудок рвется наружу. Отказ автопилота! Машина снова завалилась на крыло.
Он вцепился холодеющими пальцами в штурвал, пытаясь выправить полет маленького «жука». Машина начала медленно возвращаться к исходному, горизонтальному положению. Ее трясло, вибрации передавались через корпус и кресло, но человек, сжав зубы, тянул штурвал. Вибрации все усиливались. От этой тряски картина перед глазами стала расплываться, дикая боль расколола черепную коробку.
Он бросил управление, обхватив голову руками. И тут же почувствовал дыхание свежего ветра в кабине. Поток холодного воздуха принес облегчение. Через мгновение ужас сковал тело. «Кабина… оторвался колпак!»
И только теперь подсознание прошептало ему, что это приговор. Он даже знал — за что. Все произошло быстро. Флайер перевернулся на полной скорости, негромко щелкнули пристяжные ремни, отстреливая карабины.