Смешная кукла вывалилась из брюха маленькой желтой машины и, нелепо размахивая руками, рванулась навстречу земле.
Вернувшись в свой кабинет, Хеллард первым делом заказал статистические данные о количестве пищи, воды, кислорода, которые были загружены на корабль в момент старта. Затем получил со склада данные о том, сколько этого добра было принято с борта «Безупречного» после возвращения. Таким образом, всего за четверть часа в его руках оказались цифры, позволяющие тривиальным вычитанием получить реальный расход так нужных для человеческой жизнедеятельности составляющих. Дальнейшее не представляло никакого труда. Запросив дополнительные данные с борта судна, проследив динамику изменения этих показателей и сопоставив всю полученную информацию с датами гибели членов экипажа, он через час получил тот ответ, который должен был получить еще с утра: на борту крейсера «Безупречный» было пять человек.
Поэтому, когда стемнело и в его кабинете появился Дэн Сикорски — для личного доклада, — Джон Хеллард бросил на шефа группы визуального контроля лишь короткий взгляд. Он не стал задавать вопросов, так как не сомневался в ответе.
Хеллард молча передал Дэну распечатку с цифрами статистики. Сикорски быстро пробежал колонки цифр, бегло ознакомился с выводами и бросил документ на стол.
— Никого там нет, — машинально, по инерции, произнес он. — Даже топливо слили из баков маневровых двигателей, внутри смотрели. Нет там никого. Я ошибся…
Его плечи безвольно опустились.
Хеллард быстро шагнул к шкафу, открыл дверку и вынул бутылку виски. Плеснул жидкость в два стакана.
— Давай, — коротко бросил он. Оба выпили молча.
После длинной паузы Хеллард проронил:
— Нам надо родить другую идею, Дэн.
— Может, он все-таки успел сбежать?
— На Земле или «там»?
— На Земле не мог, в этом я уверен.
— Но и «там» тоже не мог — все катера на борту. Не было шестого человека, Дэн. Надо это признать.
Сикорски пошел к двери. Уже взявшись за ручку, он развернулся.
— Был шестой, — упрямо повторил он. — Был. Что, если… НЕЧЕЛОВЕК?
Мороз уже привычно пробежал по коже Хелларда. Ему вспомнился ГОЛОС. Что-то древнее, пещерное, поднималось волной из глубины веков. Или подсознания?
— Кто? — прошептал он.
— Не-че-ло-век, — невозмутимо повторил Сикорски. — Пришелец, например.
— А-а-а, — выдохнул Джонни. — Лукошко с зелеными человечками… Прилетело, нагадило и скрылось. Хорошая идея, как раз для Хортона.
— Зря ты так, — обиделся Дэн. Он перестал терроризировать дверную ручку и теперь нервно мял в пальцах бейсболку. — Подумал бы лучше над моими словами… У меня нюх. — Сикорски аккуратно прикрыл за собой дверь.
Хеллард долго смотрел ему вслед, наклонив голову и о чем-то размышляя, а потом открыл папку с материалами.
Из бортжурнала экспедиции «Звезда на ладони»
Запись сделана командиром корабля Джеем Роником 13 сентября 2058 года
Это мой последний полет в должности командира корабля. После такого провала в экспедиции «Звезда на ладони» следует разрядить бластер себе в висок.
Я ошибся в тот момент, когда не повернул корабль обратно, сразу после смерти Мела Симпсона. Я должен был уже тогда почувствовать, что карта легла не так. Начиная со смерти Мела, передо мной была возможность выбора. Я сделал неверный шаг.
Сегодня произошла очередная трагедия. Хочется написать — ужасная. Это слово стало повседневным для нас. Пострадал Игорь Поляков, он получил ожог более девяноста процентов кожи.
Связи с Землей по-прежнему нет. Властью, данной мне корпорацией «Измерение «Сигма», я принимаю решение прервать полет. Мы возвращаемся. Лео Шмейхер неотлучно находится возле Полякова, автоматическая система лечения не способна сохранить жизнь Игоря.
Постараюсь спасти хотя бы оставшуюся часть экипажа.
Техническая информация, скачанная из памяти корабельного мозга
Данные верифицированы и обработаны экспертно-криминалистической группой под руководством Дэна Сикорски
Дата: 13 сентября 2058 года.
Тема: Инженер связи и бортовых вычислительных систем. Травмы, несовместимые с жизнью.
Содержимое: 23 часа 01 минута. Взрыв баллона с окислителем. Многочисленные ожоги верхней части тела. Паралич дыхания. Через несколько минут после этого — информационная перегрузка автоматического лечебного комплекса. Срочное вмешательство Лео Шмейхера спасло пациента. (Уточнение Д. Сикорски: врач-автомат не выдержал потока данных. По всем базовым показателям, пациент был мертв. Вывести его из кризиса не представлялось возможным.) С этого момента жизнь Игоря Полякова поддерживалась только врачом экспедиции. Гемофильтрация требовала непрерывного контроля со стороны Лео.