Плешивый наморщил лоб и начал вспоминать хронологию событий вчерашних суток и нынешнего утра.
— В девять завтрак, затем две встречи с представителями местных фирм; в час обед и небольшой отдых, затем еще одна деловая встреча. Ужинали в ресторане с семи до девяти. Потом он ушел к себе в номер, напомнив о раннем подъеме и попросив позвонить ему около восьми часов утра. Мы так и сделали, но он не брал телефонную трубку. Пригласили дежурного администратора. Однако открыть запасными ключами не удалось. Замок оказался поставленным на защелку. Пришлось взламывать дверь.
— В присутствии администратора? — влез в ход расспроса Комаров.
Раздражения от нетерпеливости следователя я не испытал: вопрос был своевременным.
— И еще горничной, — добавил телохранитель с выделяющимся на лице носом.
— Никаких подозрительных шумов вы не слышали через стену в номере своего хозяина? — вновь взял я бразды правления дознанием в свои руки.
Оба телохранителя, хотя и в разнобой, но сделали отрицательный жест головой.
— А как насчет женщин?
Своим вопросом я вызвал на лицах обоих телохранителей легкое замешательство.
— Каких женщин?
— Не будем наивными. Тех, кто ублажал вашего патрона ночью.
— Он хороший семьянин, — попытался вступиться за светлую память своего хозяина плешивый.
— Возможно, и хороший, но с девочками баловался, правда, не знаю, как часто. У меня есть вещественное доказательство пребывания в его номере девиц или девицы. При подтверждении экспертизой вам придется задержаться в нашем городе до выяснения обстоятельств, принудивших вас дать ложные сведения. Итак!
— Он приводил одну из ресторана, — решил не усугублять положения плешивый.
— Когда?
— Позапрошлой ночью.
— А этой?
— Он закрылся в номере один. Накануне важных деловых встреч он не позволял себе расслабляться.
— Имя девицы?
— Не знаем.
— Как выглядела?
— Во вкусе хозяина: худосочная, с большим бюстом, брюнетка лет двадцати пяти.
— Он точно снял ее в ресторане?
— Да.
Кажется, нашлась работенка для очкарика, и он это понял по моему взгляду и даже выпрямился, как солдат перед старшим по званию.
— Может быть, расспросить администрацию ресторана? — предложил он свои услуги.
— Пожалуй, займитесь этим.
Чертовски приятно, когда люди из прокуратуры лебезят перед тобой. Явление довольно-таки редкое, и чаще подобное случается с молодыми сотрудниками. Что ж, надо пользоваться моментом и успеть покомандовать, а то, смотришь, через год-другой такие шпильки начнет вставлять, что просто вызовет удивление: как быстро портит человека занимаемая должность.
Очкарик ушел, и я вновь обратил свой взор на телохранителей.
— Вам придется изложить свои показания на бумаге, как можно подробнее расписать весь вчерашний день, а также вечер.
— Каждый по отдельности? — осведомился плешивый.
— Можете создать совместное произведение, — разрешил я. И, уже направляясь к двери, спросил: — Со стороны нашей крутой братвы никаких угроз не исходило?
— Нет, — с ходу отверг мое предположение горбоносый. — В противном случае хозяин предупредил бы нас.
— Если только телефонный разговор, который он не воспринял всерьез, — все-таки допустил возможность контакта плешивый. — Или не успел передать нам.
В номере коммерсанта все еще занимались поисками следов и строили версии. Шансы отыскать что-то стоящее, проливающее свет на преступление, таяли с каждой минутой, как ранний снег под лучами солнца.
— Да, весьма загадочное убийство в замкнутом пространстве, — резюмировал прокурор безуспешные результаты поисков. — Кстати, если не ошибаюсь, подобный случай уже имел место в этой гостинице. Несколько месяцев назад, в апреле, когда я находился в отпуске, в ней застрелили заезжего банкира.
— Было такое, — подтвердил я.
В то время Всевышний был еще милостив ко мне, над преступлением ломали головы другие, и, насколько известно, пока неудачно, несмотря на обещанное банком солидное вознаграждение.
— Возможно, это звенья одной цепи, — предположил прокурор.
Захотелось сразу выйти: своеобразная психическая аллергия на чужие версии. Тут и повод нашелся: я вспомнил про запропастившегося куда-то очкарика.
— Минутку, — предупредил я прокурора и выскользнул за дверь.
Ресторан находился при гостинице на первом этаже и был пока закрыт для посетителей. Весь обслуживающий персонал и администрация, по-видимому, собрались в кабинете директора — это я увидел сквозь приоткрытую дверь. Оттуда же доносились голоса: вежливый — очкарика — и возмущенно-от-вергающие — остальных. Судя по всему, молодому человеку с его интеллигентностью приходилось туговато.