— Что пройдет? Как вы не понимаете, что я не хочу этого. Наплевать на синяки. Боже мой…
— Как же можно так унижаться? Вы молодая, красивая, нельзя допускать…
Он гладил ее по волосам, и она потихоньку успокаивалась.
— Это не я, вы мне верите?
Он закивал головой:
— Конечно. Я знаю, что это не вы. Вы хорошая, добрая девочка, вы бы не смогли.
— Нет, я плохая. Я хотела убить. Я видела, как Сергей вокруг нее вьется. Мне было так тяжело. На меня словно что-то накатило. Темное… Я взяла шампур и побежала через камыши, знаете, там тоже можно… Но я увидела их, и у меня все прошло. Я простила ее. Совершенно простила. Мне в тот момент стало ее так жалко. Кто бы мог подумать, что и Лялька несчастна… Что он имеет такую власть над ней. Зачем он это сделал, не знаю. Видимо, она надоела ему. И он захотел освободиться. Чтобы совсем. Она разбила моему Сережке жизнь. Но судьба ее тоже наказала… Господи, как все это странно…
У Наташи закрылись глаза. Алексей Петрович дождался, когда дыхание ее стало ровным, вышел из комнаты и закрыл дверь на ключ. На веранде сидела Диана. Ее руки лежали на подлокотниках шезлонга, как на клавишах рояля. Она посмотрела на него, и что-то шевельнулось в его груди. Ее красота действовала на него как хорошая музыка. Он пожалел, что никогда не слышал, как она играет.
— Мне страшно…
— Алине не надо было одной кататься на катере.
— Нет. Не то… Не надо было выпускать джинна из бутылки.
Они посмотрели друг на друга, как сообщники. Алексей Петрович не выдержал и первый отвел глаза. Он вышел из дому и поднялся к обрыву. Там уже никого не было. Внизу валялся разбитый катер, привязанный тросом к сосне. На площадке все еще стоял Лялин складной стульчик. Он посмотрел на китайскую горку. В середине ее буйно разрослись лилии. Пышная игольчатая зелень и крупные экзотические цветы на тонких стеблях. На Лялином рисунке они выглядели иначе…
Дима вошел в комнату и увидел на полу пустой стакан. Он поспешно поднял его и сел на кровать. В последнее время у Лины очень расшатались нервы, он должен был показать ее психиатру. А вместо этого он… Дима представил, как однозначно можно расценить его действия, и попытался оправдаться перед самим собой. Ведь ей это тоже нравилось, сколько раз под кайфом она говорила ему об этом. Сначала лекарство действовало как успокоительное, а потом… У нее расширялись зрачки, и ей хотелось заниматься любовью. Лекарство помогало ей ослабить над собой контроль.
— А я утверждаю, что Лялю убил не Степан, и с легкостью могу доказать это.
Следователь Николаев смотрел на Алексея Петровича красными воспаленными глазами и, казалось, не улавливал истинного смысла произносимых им слов.
— Слушайте, не морочьте мне голову. Вы, конечно, опытный адвокат, и вам было бы занятно запутать следствие, но против фактов, извиняюсь, не попрешь. Все указывает на Степана, поэтому он и сбежал. На шампуре отпечатки его пальцев, и имеется свидетель, видевший, как он карабкался на остров около десяти часов. К тому же он уже сидел за убийство и вполне…
Алексей Петрович холодно перебил следователя:
— Мне ваша логика известна, но она ошибочна. Я готов представить вам не менее серьезные улики, доказывающие виновность другого человека. При условии, что вы мне поможете.
Николаев хотел что-то возразить, но вдруг устало махнул рукой и сказал:
— Ладно, валяйте. Что я, собственно, теряю? В чем должна заключаться моя помощь?
— Выслушать меня и ответить на один мой вопрос.
— Все будет зависеть от вопроса.
— Хорошо, начну прямо с вопроса, хотя он может показаться вам странным. Так вот, была ли обнаружена на рукоятке и на лезвии шампура цветочная пыльца ярко-оранжевого цвета?
Николаев удивился:
— Как это вы узнали? Действительно, была. Следы на лезвии и большое количество у основания рукоятки.
— Считаете ли вы, что наличие такой пыльцы на одежде, укажет нам на убийцу Ляли?
— Все будет зависеть от того, как она попала на рукоятку.
— Согласен. Когда вы обследовали место убийства, то не могли не заметить китайскую горку, разбитую между камней.
— Конечно. И это есть в протоколе.
— В центре горки растут лилии — крупные цветы на тонких стеблях в обрамлении игольчатой зелени. Так вот, шампур, которым совершили убийство, был воткнут в середину клумбы и поддерживал цветы в вертикальном положении. Если вы сейчас посмотрите на клумбу, то увидите, что лилии пригнулись к земле и почти не видны среди зелени.
— Оригинально, но недоказуемо.
— Напротив, очень легко доказуемо. Незадолго до смерти Ляля изобразила эти цветы. Рисунок находится у Максима, и его можно посмотреть. На нем отчетливо видно кольцо от рукоятки шампура опоясывающее стебли цветов. Убийца вытащил шампур из центра клумбы, обломав один цветок и оставив в земле след от лезвия. При этом он неизбежно должен был испачкать свою одежду яркой пыльцой.