Джерри отогнул клапан и вытащил пачку глянцевых снимков. Китти и какой-то блондин: в машине, за столиком ресторана, в танце, в постели…
— Техника может все! — самодовольно усмехнулся Чемберс. — Камеру я вмонтировал в настольную лампу.
— Подожди, Никки, — оборвала напарника Люси Трентон. — Профессор! Я сделала то, что почитала своим долгом. Теперь вам решать, как распорядиться всем этим.
Джеральд взял рюмку с текилой и отставил ее в сторону.
— Я раздавлю ее! — пообещал он.
…Громкого бракоразводного процесса не было, что устраивало и Джеральда, и Китти. В день, когда был оглашен вердикт, разрывающий супружеские отношения четы Кризи, Китти побросала в чемодан немногочисленные вещички, являющиеся ее личной собственностью, свалила на туалетный столик драгоценности, отныне ей не принадлежащие, и навсегда исчезла из жизни Джеральда.
Место хозяйки дома недолго оставалось вакантным. Через два месяца родилась новая семья Кризи — Люси Трентон приняла заверения Джерри в вечной любви и согласилась стать его женой.
Свадьбу сыграли широко. Две сотни гостей! Среди приглашенных особенно блистала Лизбет Кемпински. Ее безотлучно сопровождал жгучий брюнет, смотревший на подругу глазами преданной собаки.
А вот Чемберса не было. Люси объяснила, что знакомство это ее не красит, что она солидная дама и должна заботиться о своей репутации.
Такие речи покоробили Джерри, но он не стал спорить, втайне от супруги позвонив Чемберсу и предложив пропустить стаканчик.
Они встретились в «Семи гномах».
— Не обижайся на нее, Ник! Ты же знаешь, мы никогда не забудем, сколь многим тебе обязаны.
— Это Люси и раздражает! Не любит она быть обязанной. Хотя… С чего бы мне ее судить? Будто так уж хорошо ее знаю. Ничуть не бывало! Разве что в одном уверен: что бы Люси ни делала, у нее всегда свой интерес. — Фотограф прищурился: — Милым-то она тебя называет?
— Иногда, — отвел глаза Джерри.
— Уже хорошо, — сказал Чемберс. — Но ты позванивай, если что… Ну, ладно, будем!
Отсалютовав друг другу бокалами, они выпили.
А полтора года спустя Люси представила Джеральду свою новую подругу.
— Познакомься, Джерри. Это Маргарет. Она из фонда «Женщины против абортов».
— Желаю успехов, — улыбнулся Кризи.
— Э-это ва-ажно… — прогундосила девица, своей невзрачностью оттенявшая броскую красоту Люси. — На э-это бла-а-ородное дело не жалко вре-емени.
— Кстати, о времени, — подхватила Люси. — Хочу предупредить, что теперь я буду реже бывать дома. Ты же сам мне советовал заняться благотворительностью, помнишь?
— Не помню.
— Ка-акой вы невнима-ательный, — осудила его девица.
— Он у меня забывчивый! — смущенно улыбнулась Люси. — Но ты всегда можешь позвонить мне, Джерри. Если мобильный будет молчать — звони Маргарет. Скорее всего я буду там. Только представь, у нее не квартира, а настоящий координационный пункт!
В этом Кризи не сомневался. Потому что вспомнил, когда и при каких обстоятельствах слышал этот гнусавый голос.
Вечером он позвонил Чемберсу.
— Скажи, Ник, а мужчины бывают «утками»? — спросил он.
Чемберс захохотал.
Елена ГОЛОВКОВА
КОЛОРАДИК БЕЗ ЯНТАРЯ
Вы часто наводите порядок на своем столе?
Если вы аккуратны от природы, если валяющиеся там и сям вещи от одного вашего взгляда торопливо прячутся по местам, стыдясь своей разбросанности, а пыль и мусор тут же отправляются искать себе другое пристанище, если всегда свежие, любующиеся собой цветы радостно приветствуют входящих из брызжущей радужными искрами вазы и лишь веселые стайки солнечных зайчиков беспечно носятся по вылизанной квартире, если вам никогда не случалось находить в коробке с обувью давно забытую шоколадку, а в летней сумочке — детали какого-то неизвестного человечеству механизма, вам меня не понять.
Я уже второй час сортировала скопившийся в столе хлам: это выброшу сейчас, а это пока оставлю, до следующей уборки. Гора конфетных фантиков и сломанных карандашей все росла, угрожая переполнить мусорное ведро, а кучка предметов полезных, как то: красивая баночка из-под крема, пачка писем от подруги и рассыпавшиеся бусы — казалась совсем крошечной, как песочный куличик рядом с Эверестом.
Наконец в дальнем углу я раскопала старую конфетную коробку с особо ценными и памятными вещами. В нее можно было бы и не заглядывать, все равно рука не поднимется что-нибудь выбросить. Но как знать? Вдруг в ней окажется нечто совершенно ненужное или, наоборот, очень даже необходимое?