— Спасибо, вопросов больше нет.
— Сотню гони.
Я достал сто долларов и протянул их Эмме. Легкое движение руки — и бумажка испарилась. Впрочем, сведения были стоящие.
Эмма глянула на часы.
— У вас еще полтора часа, — заявила она. — За мной приедут без опоздания, имейте в виду.
— Иди в душ, — скомандовал Гена. Похоже, он решил не упускать такую возможность.
Блондинка удалилась.
— Полторы с тебя, — сказал Гена. — За большее я на нее не полезу.
— Годится, — прорычал я. — Пока она лоханку полощет, не вспомнишь, случайно: такое название, как «Орлан», тебе о чем-нибудь говорит?
— А почему оно должно мне о чем-то говорить?
— Это твои коллеги. Охранное агентство или что-то в этом роде.
— Где-то слышал… Но где, не помню. Узнать?
— Ага. И заодно, если будет по пути, уточнить бы: когда на Кошурникова появился магазин «Аист»? По-моему, весной им там еще не пахло. И действительно ли была кража на улице Аэропорт?
— Много хочешь, — вздохнул Гена. — Ладно. Я ведь помню, как ты меня выручил тогда, в Стамбуле. Хорошо помню.
— Ладно тебе… А в этом «Сиянии» действительно стриптиз есть?
— Наверное, есть, раз эта так говорит. Только сам я не видел. Правда, слышал, что так себе, за небольшими исключениями… Хочешь сходить?
Я кивнул. Гена только руками развел, всем своим видом показывая, что он всегда считал меня не дружащим с собственной головой.
Когда мы с Наташей только-только поженились, то редкий субботний вечер проводили дома. Обычно нас заносило в ночной клуб, два-три раза мы даже выбирались в театр на модные спектакли, которые, правда, вызывали у меня изжогу. Заглядывали и в казино, но после того, как я просадил за вечер почти штуку баксов в «блэк-джек», эти походы прекратились. Сократились и прочие посиделки в злачных местах. Наташку туда, как всякую нормальную бабу, вкусившую капельку ночной жизни, тянуло как магнитом, но наутро в воскресенье у нее каждый раз после этих развлечений непонятно почему разыгрывалась жуткая хандра.
И все же я решил рискнуть.
— Как насчет того, чтобы проветриться? — спросил я супругу.
Наташа подняла брови.
— Проветриться?
— Ага. Мы уже полгода никуда не вылезали.
Конечно, не полгода, но месяца четыре — точно. Впрочем, это неважно. И вообще, кажется, ее это заинтересовало.
— И куда? В клуб?
— В кабак. Выпьем. И танцевать сможешь сколько влезет.
— Тебя же из-за столика не вытащить!
— Можешь пофлиртовать с кем-нибудь. Только, ради бога, не с черным! И чтобы без излишеств. А так — я сегодня добрый.
Глазенки у Наташки возбужденно загорелись. Нет, эти бабы — как дети, право…
— А куда ты предлагаешь сходить?
— В «Полярное сияние».
Наталья нахмурилась.
— Куда? Погоди, там же, говорят, якутская национальная кухня! Строганина, моржатина и эта, как ее… Юкола.
— Да брось ты! Это конкуренты болтают. Нормальный кабак. И кухня приличная. Фирменный холодец «Айсберг». Коктейль «Белый медведь». Двенадцать сортов мороженого. Музыка, не мешающая разговаривать и одновременно помогающая танцевать.
Все это я вычитал во вчерашней рекламной газетке, которую мне повезло случайно пролистать, пока Генка в соседней комнате шпилил Эмму (я смотреть все же отказался). Оставалось надеяться, что реальность будет ненамного отличаться от рекламы.
…Словом, ужин мы не стали организовывать. Наташка сразу же полезла в свои тряпки — подбирать прикид. За что мою жену можно ценить, так это за то, что она может довольно быстро — минут за тридцать — собраться, пусть даже решение проветриться как бы стихийное. И это притом, что нарядов у нее хоть пруд пруди.
А сегодня ей хватило десяти минут, чтобы выбрать одежду. Гм! Наташка надела более чем короткое платье, почти черное, с множеством полупрозрачных вставок, такое, что не столько скрывало, сколько выставляло напоказ все достоинства. Ни у кого не могло возникнуть сомнений, что нижнее белье моей жены имеет радикальный черный цвет. Очевидно, мое разрешение пофлиртовать она восприняла как руководство к действию.
— Что, не нравится? — Наталья приготовилась к бою.
— Нравится. Только колготки потемнее надень.
— Это почему?
— Чтоб трусы не так просвечивали.
— Да что ты понимаешь?! Это, если хочешь знать, и не трусы даже, а колготки такие, специальные. Сейчас многие так ходят…
Я только махнул рукой. Пусть одевается как хочет. Лишь бы какой-нибудь кретин не вздумал за ней волочиться. Тогда без драки не обойдется, а драки у нас зачастую сопровождаются поножовщиной…