Планета развивалась самостоятельно. Каждый день на ней возникали все новые формы жизни. Некоторые исчезали, некоторые истреблялись. Просыпаясь утром, Сашка обнаруживал, что на планете появилось еще что-то, чего не было вчера.
Затем возникли какие-то странные животные, которые расселились по всем материкам, стали строить земляные дома и изготавливать железные предметы, с помощью которых они передвигались. С удивлением Сашка обнаружил, что животные строят целые города, проводят дороги, перекидывают через реки мосты и запускают хвостатые кометы, взлетающие под самую атмосферу. Ночью их сияние можно было различить, даже не вставая с кровати. Теперь папин микроскоп покидал Сашкину комнату в очень редких случаях. Сашка сидел над Галактикой сутками, разглядывая до боли в глазах мелкие городишки животных, их самих (это удавалось с трудом, животные были слишком маленькими, требовался микроскоп мощнее) и их странные конструкции.
А однажды ночью он увидел, как от третьей планеты вдруг отделилась маленькая светящаяся точка и закружила, мигая, по оси планеты. Затем возникли еще точки, а к утру их насчитывалось уже двенадцать. В микроскопе они смотрелись как еще более уменьшенная модель самой планеты, почти невидимые, и если бы не их яркий свет, то Сашка и не заметил бы. Без сомнения, это было изобретение тех самых животных.
Спустя полтора месяца после своего дня рождения, в ночь, когда длинная, похожая на папину сигарету, металлическая штуковина отделилась от третьей планеты и полетела сквозь темный, тяжелый воздух к своему щербатому спутнику, Сашка достал из-под кровати коробку от игры и аккуратно списал в блокнот номер телефона. Позвонил он от Мишки.
Приехал небольшой оранжевый айр, а в нем несколько серьезных мужчин в очках и с приборами. Они аккуратно, не разбивая хитрую конструкцию Галактики, поместили ее в прозрачную колбу, наполненную непонятным газом, и увезли в Центр. Сашке была вручена корочка, в которой говорилось, что он может, когда захочет, приходить в Центр и любоваться в телескоп на звезды. Сашка был рад и поделился своей радостью со старшим братом, залетевшим на несколько дней погостить.
И теперь по ночам, залезая на крышу дома и теребя кончиком хвоста виски, Сашка размышлял о том, есть ли действительно жизнь на других планетах, кроме его родного Бейруна?
Александр МАТЮХИН
ПОЗВОНИТЕ
В НЕБЕСНУЮ КАНЦЕЛЯРИЮ
Телефонная трель разбудила Граля около трех часов ночи.
Звонок разнесся по пустым коридорам Канцелярии, отражаясь от стен, и утонул где-то в межзвездном пространстве.
Туман вокруг сгустился.
Траль разлепил тяжелые веки, не желая расставаться с прекрасным сном, почесал за ухом и, подняв трубку, пробормотал:
— Небесная Канцелярия. Слушаю.
— Але, — сказали в трубку, — это кто говорит?
— А кто вам нужен? — Траль зевнул и посмотрел на часы. Стрелки медленно отсчитывали последние часы дежурства.
— Кого-нибудь из начальства, пожалуйста.
Голос был женский, неприятно резал слух и явно принадлежал старушке.
Траль встречался раньше с подобным типом людей. Старушки очень любили звонить среди ночи и приставать с глупыми претензиями в адрес Канцелярии. Ангелы их гоняли, обрезали телефонные провода и повышали плату за коммунальные услуги, но старушки не переводились и донимали на Небесах всех.
— Начальства нету, — сказал Траль, — три часа ночи все-таки. Если что-то важное, говорите мне, я запишу, а позже передам.
— Это очень важно, — сказали из трубки, — терпеть не может.
— Что у вас стряслось? — Траль откинулся в кресле. — Бессонница?
— Нас затопляет? — сказали из трубки.
— Что вы говорите?
— Да. Уже вторую неделю идет ливень! Стеной! Ни пройти, ни проехать. У нас половину города затопило, реки вышли из берегов! Электричество отключили, движение перекрыли! Мы сидим тут каждый в своей квартире, последнюю еду доедаем!
— Электричества, говорите, нету? — зевнул Граль. — А как же вы звоните тогда?
— Свечки, — сказали из трубки. — Еще три осталось.
— Какая жалость.
— И не говорите… Молодой человек, а вас как зовут?
— Граль, — сказал Граль, — а что?
— Вы записываете все, что я говорю? Мне надо, чтобы моя просьба обязательно попала в высшие инстанции! Понимаете, молодой человек, что у нас самое настоящее стихийное бедствие?! Куда же вы там, в Канцелярии, смотрите?
— Это же не мы смотрим, — сказал Граль, — это там, наверху.