– Придешь еще?
У меня возникла мысль помочь подруге в создании воспоминаний, но в такую жару никуда выходить не хотелось.
– Если смогу, – сказала я, и она явно обрадовалась.
– Тогда надень это.
Нарусэ протянула мне форму «Сэйбу Лайонз». На спине оказался номер три и фамилия ЯМАКАВА.
– Ты что, специально купила два комплекта?
– На всякий случай.
Я поколебалась секунду, но форму взяла.
После трех выходных подряд, одиннадцатого августа, я надела футболку с надписью ЯМАКАВА и встала перед входом в универмаг «Сэйбу-Оцу». Побоявшись, что в солнцезащитных очках буду бросаться в глаза еще больше, чем Нарусэ, решила обойтись без них.
Съемочная группа сделала вид, что не замечает нас, но мне показалось, что над ними появилось облачко, как в комиксах, с надписью: «Еще одна!»
Судя по всему, проигнорировав Нарусэ в первый день, они задали некий стандарт. Если бы они сразу заняли дружелюбную позицию, сегодня наверняка спросили бы, хотя бы из вежливости: «О, ты с подружкой?»
Впрочем, не могу отрицать и вероятность того, что она сама избегала контакта с телевизионщиками. Я решила не докапываться до истоков проблемы и встала у главного входа в универмаг, подальше от подруги, соблюдая социальную дистанцию.
Сегодня интервью брали у женщины постарше. Наверняка им нужны были пожилые люди, у которых было гораздо больше связанных с магазином воспоминаний, чем у нас, молодых.
После съемок мы посмотрели запись у меня дома. Пока мы стояли там, я не замечала, что покупатели нас обходят. Мы им явно мешали, поэтому я решила, что завтра Нарусэ, как обычно, встанет у табло, а я немного поменяю позицию.
В «Твиттере» никто не писал о «Широком обзоре», и я расстроилась. Кажется, в глубине души я надеялась, что кто-то меня заметит. Но Нарусэ уверенно заявила:
– «Широкий обзор» смотрят в основном бабульки.
Потом она предложила:
– Кстати, а не получится написать что-нибудь на масках? Рекламу или какое-нибудь послание?
Она вытащила линейку, приложила ее к маске на лице и спросила у меня размеры.
По вертикали было примерно двенадцать сантиметров, а по горизонтали – около восемнадцати.
– Да уж, ничего важного тут не поместится.
Я предложила взять веера, какие носят фанаты бой-бендов компании «Джонниз», но Нарусэ возразила, что не стоит сильно надеяться на аксессуары.
– Важно эффективно использовать маски. Людям придется еще долго в них ходить, так что нужно выжать из этого все возможное.
Двенадцатого августа на маске Нарусэ появилась надпись в две строчки: «Спасибо, “Сэйбу-Оцу”». Маска повторяла изгибы лица, поэтому первый и последний иероглифы названия не было видно, но по контексту можно было догадаться.
Сегодня мы встали, сохранив дистанцию, но чуть изменив свои позиции согласно вчерашней договоренности. Какой-то мальчик – явно ученик начальной школы – показал пальцем на Нарусэ и крикнул: «Смотри, у нее “спасибо”!», но женщина – видимо, его мать – взяла его за руку и быстро увела внутрь универмага.
Дома я проверила запись. Было понятно, что на маске Нарусэ что-то написано, но иероглифы было не разобрать.
– Маска маленькая, лучше ограничиться двумя иероглифами. Или логотип нарисовать, – сказала я.
Она кивнула:
– Да, неплохо было бы взять логотип «Макдоналдса», или «Найк», или «Эппл».
Я не думала, что мировые гиганты захотят размещать свою рекламу на маске моей подруги, но ясно было, на какой масштаб она нацелена.
Тринадцатого августа Нарусэ написала на маске: «Благодарю!» В записи был момент, когда ее крупное изображение появилось в уголке экрана, и иероглифы были отчетливо видны.
– Значит, два иероглифа отлично помещаются.
Однако двумя иероглифами мало что можно передать. «Благодарю» было неплохой идеей, но на лице Нарусэ выглядело подозрительно, навевая мысли о новых религиозных сектах. Так что мы пока отложили идею эффективного использования масок.
В «Твиттере» уже знакомый мне Такуро написал: «Теперь девочек “Лайонз” стало две». Я почувствовала, что в груди стало горячо: то ли от радости, то ли от стыда.
– В интернете мало кто пишет. Пусть даже у «Широкого обзора» зрителей совсем немного, если из 1 400 000 жителей префектуры Сига программу посмотрит одна десятая процента, это будет 1400 человек! Хотя бы несколько из них нас наверняка заметили.