— Если ты не собираешься меня убивать или насиловать… ты собираешься меня похитить?
— Нешк.
Нет. Это я уже поняла.
— Знаешь, я могу и сама позаботиться о своих ранах, — сказала я. — Тебе необязательно здесь торчать и вытаскивать осколки из моих ног.
Я вздрогнула от холода, распространившегося по задней поверхности бедер.
— Мазь, которую я принес, поможет тебе восстановиться намного быстрее. К завтрашнему дню синяки должны пройти, а порез на губе почти затянется.
— И как только ты меня вылечишь, ты уйдешь? — молчание усилило напряжение между нами. — В какой-то момент мне придется вызвать полицию. Я и так выгляжу виновной, а если буду тянуть, станет только хуже. Люди начнут задавать вопросы, если он не выйдет на работу в понедельник.
Я вспомнила те три секунды сразу после того, как тело Уилла упало на землю. Три секунды свободы, без угрозы ареста по подозрению в убийстве. Если я не смогу убедить этого парня оставить тело здесь…
— А что, если ты всадишь ему еще одну пулю в голову? — спросила я. — У нас в сейфе есть пистолет. Разве это не будет выглядеть как обычное убийство? Если ты привяжешь меня к чему-нибудь перед уходом и заберешь с собой наличные, мы можем выдать это за неудачное ограбление.
Его руки обхватили мои бедра прежде, чем я осознала хватку. Перевернув меня на спину, он потянул меня за ноги и усадил к себе на колени, одновременно приподнимая мой торс.
Дыхание вырывалось из меня быстрее, чем я успела подумать, голова закружилась от резкого движения и нехватки кислорода. Я покачнулась, но он удержал меня за руки.
Ветусианец расстегнул наручники и положил мои руки на колени.
— У тебя болят плечи?
Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова от того, как он смотрел на меня. Теперь, когда я сидела в нескольких сантиметрах от него, он совсем не походил на безжалостного убийцу. Он был чисто выбрит, молод, а его темно-русые волосы были коротко подстрижены по бокам.
Мужчина положил руки мне на плечи и стал разминать большими пальцами ноющие мышцы, не отрывая от меня пристального взгляда.
— Ты молода, и у тебя была пара, но я не вижу детей. Как так вышло?
— Он их не хотел, — сказала я, едва не застонав от того, какого мужа себе выбрала. — Думаю, это к лучшему, учитывая, как все обернулось всего через восемнадцать месяцев совместной жизни.
Потянувшись за спину, ветусианец достал маленький прозрачный контейнер. Открыв крышку, он окунул два пальца в голубую субстанцию, а затем стал наносить ее круговыми движениями на мое лицо, ослабляя давление всякий раз, когда я сжималась от боли. Его глаза сузились.
— Это обычное явление среди человеческих самцов — причинять боль своим самкам?
От его вопроса мои щеки запылали, и я практически захлебнулась от стыда.
— Знаешь, я собиралась уйти от него. Никогда не думала, что окажусь одной из таких женщин.
Еще одно погружение в контейнер.
В этот раз мужчина быстро раздвинул мои ноги тыльной стороной ладони, и наши взгляды встретились, когда он провел ладонью по моим бедрам. Я хотела отстраниться. Нужно было увернуться. Но мазь сразу же смягчила жжение.
Его прикосновения были нежными, чего я давно не испытывала.
Он обнял меня одной рукой за талию, движения его пальцев по бедрам становились все более интенсивными, каждый круг сопровождался глубоким стоном.
Я почувствовала, как что-то затвердело у меня под бедрами, и тут же снова заерзала. Но он только крепче обхватил меня за талию, прижимая к тому, что на ощупь было очень похоже на эрегированный пенис.
— Если ты собираешься изнасиловать меня, тогда просто сделай это! — прорычала я.
— Изнасиловать? — он нанес немного мази на мою разбитую губу, нежно поглаживая ее. — Я бы предпочел спариться с тобой.
— Что?
— Спариться, — повторил он, его взгляд метнулся к моим трусикам, прежде чем вернуться обратно. — Как вы называете акт, когда мужчина и женщина соединяются, чтобы зачать ребенка?
Я ахнула, временно онемев от шока.
Между смертью и похищением секс, несомненно, более предпочтительный выбор. Тот факт, что этот ветусианец был тревожно привлекательным, помогал в этом рассуждении, какой бы безумной ни была мысль.
— Секс, — ответила я, стараясь, чтобы это звучало уверенно. — Ты хочешь заняться со мной сексом?
Его губы растянулись в оскале, голова медленно кивнула.
— Называй это как хочешь. Я хочу спариться с тобой и излить семя глубоко в твое чрево до того, как у кого-нибудь из моего вида появится такая возможность.