Слуга поспешил поклониться принцессе.
– Отвечаю, молодая госпожа. Вы наверняка из богатой и знатной семьи, оттого вам неведомы радости простого народа. В Пинъане в каждом квартале есть своя команда по цуцзюю. Команда «Доу золота» из квартала Аньлэ никогда не ладила с командой «Десять доу золота» от нашего квартала Кайюань. В былые дни, когда глава нашей команды, молодой господин Юй, еще был в столице, команда квартала Аньлэ приходила состязаться с ними каждый месяц.
Стоило слуге заговорить о своем герое, юном предводителе местной команды, как его было уже не остановить:
– После молодой господин Юй покинул столицу, отправившись странствовать. По мнению команды квартала Аньлэ, без предводителя нет смысла соревноваться с его командой, поэтому ежемесячные состязания прекратились. Но на днях я услышал, что молодой господин Юй вернулся в город! По моим подсчетам, из квартала Аньлэ немедленно прислали письмо с вызовом на состязание, так что сегодня нашу команду ждет бой!
Яньлань нахмурилась, и в ее нежном голосе послышалось сомнение:
– Что значит «доу золота»? А «десять доу»?
Слуга хлопнул себя по ноге.
– «Десять доу золота» – это название нашей команды! – Стоявшая за принцессой низкорослая служанка так и впилась в него взглядом, полным отвращения, но слуга, притворившись, что не заметил его, продолжал: – Когда все команды по цуцзюю выбирали названия, прочие кварталы называли свои «Свирепые тигры» или «Лютые волки», предводитель же нашего квартала счел все эти названия слишком скучными и назвал команду «Доу золота». Вот такое славное имя он придумал, такое благородное! Но Ху Чанъань, предводитель команды квартала Аньлэ, задумал нас унизить. Он украл наше название и первым утвердил его на собрании команд. Наш молодой господин Юй рассердился и назвал команду «Десять доу золота». Так у нас стало на девять доу золота больше, чем у квартала Аньлэ! – Слуга бесхитростно показал на руках девять пальцев.
Все это время молчавший господин вдруг спросил:
– Молодой господин Юй, которого ты упомянул, – мужчина неспешно указал черным веером в толпу подростков на улице, – это та девушка впереди?
Слуга вытянул шею.
– Да, это наш молодой господин Юй! – И тут же гневно воскликнул: – Хотя наш молодой господин Юй удивительно красив, он совершенно точно не девушка! Как вы можете так говорить, господин?! На игровом поле он настоящий зверь! – Слуга выставил большой палец, торопясь вступиться за своего героя. – Какой он мужчина! Всем мужчинам мужчина! Вы только посмотрите, как он играет, господин, и сразу убедитесь! Вы ни за что не поверите, что на свете родился такой удивительный человек!
Молодой господин больше ничего не говорил. Он вдруг улыбнулся, свернул веер и встал.
– Тогда я обязан с ним встретиться.
Молодой господин Юй, который, по единогласным уверениям всех вокруг, совершенно точно не мог быть девушкой, как раз очень серьезно обсуждал тактику будущей игры с высоким и худым, что бамбуковая жердь, парнем. В разгар обсуждения молодой господин Юй и натолкнулся на Лянь Суна у башни Цзяндун.
– Ху Чанъань здоров как бык, но тебе и не надо мериться с ним силой. Мы все образованные люди, зачем нам решать дела кулаками? Вчера я подглядел за их тренировкой краем глаза… А впрочем, нет никакой разницы, как я это узнал. Главное, что Ху Чанъань все еще нетвердо стоит на ногах, к тому же… О, извините, посторонитесь…
Возникший перед ней мужчина в белом даже не шевельнулся.
Чэн Юй пришлось обходить его самой. Продолжая разговор с тощим парнем, она даже не потрудилась поднять голову и взглянуть на заступившего ей дорогу господина в белом, но, когда они оказались плечом к плечу и уже были готовы разминуться, девушка вдруг ощутила, как кто-то крепко схватил ее за руку где-то между запястьем и локтевым сгибом.
Княжна раздраженно вскинулась, но едва разглядела того, кто не давал ей пройти, как у нее вырвалось удивленное:
– Старший третий братец Лянь!
Стоило предводителю остановиться, и следовавшие за ним подростки, разумеется, тоже остановились. Когда их предводитель изумленно назвал красивого господина старшим братом, все одновременно подумали: до чего же хороши собой родственники их прекрасного главы! И тут же почтительно воскликнули:
– Старший третий братец Лянь!
Чэн Юй тут же обернулась и пристально уставилась на них.
– Это мой старший братец, а не ваш.
Подростки разом почесали затылки и обменялись растерянными взглядами. Княжна же махнула рукой, веля им отойти, и, ни на кого не обращая внимания, провалилась в размышления о том, как это прозвучало – «старший третий братец Лянь».