– Не высовывайся. Выключи свет.
Лампа тотчас погасла. Усмиритель душ натянул на Шэнь Вэя одеяло и услышал вплетённый в завывание ветра знакомый стук.
– Лежи смирно, – велел Чжао Юньлань, затем приподнялся и отодвинул штору.
Рубашка небрежно свисала с плеч, держась на последних пуговицах, уверенный взгляд сбивал с толку – со стороны нельзя было понять, что Чжао Юньлань слеп.
– У нас, смертных, тоже есть личная жизнь, – холодно обратился он к гостю за окном. – Вам не кажется, что стоит заранее предупреждать о своих визитах?
– До судьи дошли слухи, что глава Приказа повредил зрение, меня послали справиться о вашем здоровье. Простите, если…
– Судья? – Усмиритель выдержал паузу и многозначительно добавил: – Как быстро до него доходят вести. Я только к вечеру вышел из больницы, сейчас ещё нет третьей стражи, а вы уже здесь. Я в порядке, просто что-то в глаз попало, небольшой конъюнктивит. Покапаю пару дней капли, и пройдёт. Возвращайтесь и передайте ему, что я очень признателен за заботу.
За окном раздалось тихое «слушаюсь», и через мгновение густая тёмная энергия рассеялась.
Чжао Юньлань принялся шарить рукой по кровати, но Шэнь Вэй перехватил его запястье и уточнил:
– Это был Посланник тьмы?
– Они пытаются тебя подставить, – вздохнул Усмиритель душ. – В преисподней ведь знают про «Шэнь Вэя»?
Профессор, помедлив, кивнул. Последние несколько десятилетий с момента обретения смертного тела он скрывался в мире людей, и, хоть никогда не говорил об этом открыто, владыки десяти судилищ наверняка были в курсе местонахождения Палача.
– Тебе не стоит с ними связываться. У людей и мира теней давние счёты, каждый ведёт свою игру, ты…
– Ты беспокоишься обо мне?
– А ты как думаешь?
Профессор долго молчал. Чжао Юньлань уже успел решить, что он уснул, когда наконец раздался сдавленный голос:
– Спасибо. За всё…
Глава X
Как бы Чжао Юньлань ни храбрился, душа его пребывала в смятении – возможно, именно эта тревога стала причиной странного сна той ночью. В нём он долго блуждал среди клубящихся облаков и тумана, под ногами простирались руины, толпы людей падали ниц и истово взывали к Небесам. Чжао Юньлань окинул их беглым взглядом и продолжил свой путь вниз, пока не добрался до тихого пустого места, где царила тьма. Он вдруг ощутил невыразимую тоску и щёлкнул пальцами, чтобы зажечь огонь, но тот вспыхнул лишь на мгновение. Раздался тяжёлый вздох:
– Зачем же…
Голос словно проникал сразу в сердце, минуя уши. Чжао Юньлань вздрогнул и проснулся. Рядом никого не было: наверное, уже рассвело, и Шэнь Вэй ушёл в магазин за продуктами к завтраку. Сердце Усмирителя душ бешено колотилось, спина покрылась холодным потом, перед глазами по-прежнему стояла беспросветная тьма.
Чей голос звучал во сне? Почему он был так похож на его собственный?
Собравшись с мыслями, Чжао Юньлань наскоро умылся, нашёл на чайном столике лекарство и бинты, которые принёс из больницы, и сделал повязку на глаза. Затем взял с прикроватной тумбочки ручку и первый попавшийся лист бумаги, корявым почерком написал «Уехал в офис» и, считая шаги, вышел за дверь.
Когда лифт спустился на первый этаж, сердце Усмирителя душ наконец вернулось к обычному ритму, дыхание успокоилось. Сконцентрировавшись на Небесном оке, он стал выделять вокруг человеческие силуэты и уже вскоре отличал живых людей от духов по тонкой ауре, которая окутывала тела первых. Со временем расплывчатые фигуры становились чётче, проявлялись огни души на плечах и макушке и причудливый узор на оболочке.
У перекрёстка Чжао Юньлань остановился и вытянул руку, пытаясь поймать такси. Десять минут спустя перед ним остановилась машина, он забрался в салон и присмотрелся к водителю. Узор вокруг того складывался во множество мелких строк иероглифов, которые менялись каждую секунду. Усмиритель душ тщетно пытался разглядеть хоть слово и опомнился только после пары окликов.
– Да, простите. Подбросьте меня до улицы Гуанмин, дом четыре.
Водитель удивлённо посмотрел на повязку.
– Парень, что у тебя с глазами?
– Повредил, когда играл в баскетбол, – на ходу сочинил Чжао Юньлань.
– Видеть-то хоть можешь?
– Могу, но после мази нельзя открывать глаза, поэтому на ближайшие пару дней я слепой.
Всю дорогу они оживлённо беседовали. Когда машина остановилась у здания управления, Усмиритель душ вытащил из кармана кошелёк и протянул водителю.