– А при чём тут возраст?
– Нечисть больше всего боится встретить на своём пути ребёнка младше семи лет. Такие дети ещё слишком наивны, поэтому, что бы они ни натворили, Небеса не признают их виновными, – пояснил Шэнь Вэй. – Убийство ребёнка даже из мести считается тяжким преступлением, а значит, если какой-нибудь сорванец случайно искалечит духа, тому останется лишь смириться.
Сама по себе практика самосовершенствования в некотором смысле противоречила порядку Небес. Успеха достигал один из десяти тысяч, и для этого требовался большой талант, усердие и удача, которая в этом деле особенно важна.
На месте Чу Шучжи Чжао Юньлань бы тоже негодовал, но убивать бы не стал – максимум помучил бы мелкого паршивца ночными кошмарами. В конце концов, дух не пострадал, и закон Небес в данном случае выглядел совершенно разумно. Что взять с несмышлёного ребёнка? Во власти духа избежать злополучной встречи, и если по каким-то причинам с ним всё же случилась беда, то винить в этом некого – так решила судьба.
К сожалению, Чу Шучжи следовал Пути мёртвых, его собратья не терпели ни малейшего оскорбления в свой адрес и мстили даже за мелкие проступки.
– Против воли Небес не попрёшь, это понятно, но с каких пор нельзя оспаривать решение преисподней? – Чжао Юньлань вытащил из кармана мобильный, кинул его на заднее сиденье к Дацину и велел: – Позвони Чу Шучжи.
Кот умело разблокировал сенсорный экран и набрал номер, но звонок сбросили сразу после первого гудка.
– Давай ещё раз.
После третьей попытки Чу Шучжи отключил телефон.
Чжао Юньлань резко съехал на обочину, достал из кошелька Приказ и ручку и быстро написал: «Жду тебя до полуночи на Гуанмин, 4», затем сложил талисман журавликом, тот сразу вылетел в окно и растворился в воздухе.
Глава XIV
Пока не стемнело, Чжао Юньлань решил заехать в свою новую квартиру у Лунчэнского университета. Припарковав машину у небольшого жилого комплекса с живописным садом, он достал связку ключей, снял с них один и вложил его в ладонь Шэнь Вэя.
– Я знаю, ты можешь войти без ключа, но так уж у людей принято…
– Это мне?
– Конечно.
Чжао Юньлань решил провести ему экскурсию по дому:
– Все черновые работы уже выполнили, подключили воду, провели электричество, перед Новым годом даже успели положить паркет. Сейчас там небольшой беспорядок, но примерно через месяц бригада закончит чистовую отделку, и ты сможешь перевезти сюда свои вещи, а те, которыми пользуешься часто, оставь пока у меня. Весной запах краски полностью выветрится, и будем въезжать! Нам сюда, здесь лифт.
В доме насчитывалось всего четыре этажа, на каждом размещалось по одной квартире, в которую при желании можно было подняться из подземного гаража. Вложения Чжао Юньланя казались совершенно оправданными: просторные комнаты радовали обилием света, окна выходили на университетский кампус с его зданиями в колониальном стиле и вековыми деревьями. С другой стороны открывался вид на сад с декоративным ручьём, который работники жилого комплекса осушали на зиму, обнажив отполированные до блеска камни. Чжао Юньлань окинул взглядом разбросанные по полу отделочные материалы и с улыбкой сказал:
– Пока поживём здесь, а позже я подкоплю и куплю квартиру получше. Моя спальня будет на южной стороне, там есть балкон. Из оставшихся комнат выбери ту, что тебе по душе, и сделаем в ней кабинет.
– Мне тоже нужна комната! – вдруг заявил Дацин, вскочив на подоконник. – И роскошный игровой комплекс до потолка!
– Ты же проломишь его своей жирной задницей! – рассмеялся Чжао Юньлань. – Брысь отсюда!
– Что ты сказал? Слепошарый болван!
– Сказал, что ты жирный, – не поднимая век, ответил тот.
Разъярённый кот запрыгнул хозяину на плечо и вцепился когтями в волосы.
Профессор тихо вздохнул и прислонился к окну, наблюдая за потасовкой в гостиной. Тёплые лучи заходящего солнца скрасили мертвенную бледность его кожи, в уголках губ заиграла лёгкая улыбка, тело расслабилось. Спустя несколько мгновений из его рукава выскользнула тень, и от прежней безмятежности не осталось и следа. Шэнь Вэй ухватил пальцами чёрный туман, и тот обратился запиской: «На северо-западе тридцать третьих небес сгущаются тучи. Возвращайтесь как можно скорее».
Профессор скомкал бумагу и позвал:
– Юньлань.
Усмиритель душ с Дацином одновременно обернулись.
– Возникло срочное дело, мне нужно ненадолго уехать. Если тебе нечем заняться в праздники, проведи побольше времени с родителями. Твоё зрение ещё не совсем восстановилось, мне будет спокойнее, если они о тебе позаботятся.