– Раз Кисть добродетели принадлежит Куньлуню, то есть мне, почему бы не вернуть её законному владельцу? – Он посмотрел на исказившееся лицо демона. – Заканчивай этот маскарад. Я знаю, как ты выглядишь. – Шэнь Вэй заметно напрягся. Усмиритель перевёл на него взгляд и понизил голос: – Внешность не имеет значения. Неужели ты думаешь, что я не способен вас различить?
Палач не успел ничего ответить. На вершину горы налетел ветер в разы сильнее прежнего и едва не смёл с дерева Дацина. Мгновенно обратившись котом, тот вцепился четырьмя лапами в ствол, за которым также нашёл укрытие Чжао Юньлань. Остальным повезло меньше: судью швырнуло лицом в снег, сумрачных зверей закрутило вихрем, люди покатились по земле. В сердце смерча проступили очертания гигантской кисти, Котёл душ рассыпался на осколки, и миру явилась Кисть добродетели.
После короткого замешательства демон в маске первым нарушил молчание:
– Раз глава… Дух гор так желает получить Кисть добродетели, почему бы ему просто не забрать её?
Несмотря на сбивающий с ног ветер, Чжао Юньлань оставался невозмутим:
– Боюсь, кое-кто только этого и ждёт.
Судья потёр огромную шишку на голове, но даже пикнуть не посмел.
– Дух гор подарил нам огонь своей души, и я бы очень хотел обойтись без насилия, – вздохнул демон в маске.
Повинуясь его свисту, из-под земли вылезли сотни тварей и окружили присутствующих плотным кольцом. Палач заслонил собой Чжао Юньланя и выставил вперёд клинок, но сражаться за артефакт не пришлось: Кисть добродетели внезапно уменьшилась в размере и скрылась в священном дереве. Демон в маске растерянно взмахнул рукавом, отбросив в сторону паньгуаня, и потянулся за ней, но Усмиритель отбил его руку своей. Удар о ледяное твёрдое запястье сразу отозвался резкой болью. Чжао Юньлань почувствовал, как на коже проступает будущий синяк.
Не желая вступать с Усмирителем душ в схватку, демон проскользнул мимо и в исступлении налетел на ствол, пытаясь прорваться внутрь. Раздался пронзительный скрежет. Священное дерево безжалостно оттолкнуло незваного гостя, выдрав у него два прочных, как железные пластины, ногтя. Чжао Юньлань, невзирая на ноющую боль в запястье, сощурился в улыбке:
– Я пытался тебя уберечь, но ты не отличаешь добро от зла.
Демон в маске лишь громко скрипнул зубами в ответ и растворился в воздухе, оставив сумрачных зверей на растерзание клинку Палача. Усмиритель душ наконец вздохнул с облегчением, затем осторожно коснулся ствола священного дерева и почувствовал, как его затягивает внутрь. Он перевёл взгляд на Шэнь Вэя, с головы которого ураганный ветер сорвал капюшон и разметал чёрный туман. На его лице смешались надежда и волнение.
– Ты всё вспомнил?
Чжао Юньлань поморщился и встряхнул рукой.
– Какой там! Больше пыль в глаза пускал… – Он прищёлкнул языком. – Этот ублюдок из камня сделан, что ли?
Палач не нашёлся с ответом.
– Задержи их. Похоже, священное дерево зовёт меня. – Чжао Юньлань почти скрылся в стволе, но в последний момент обернулся и добавил: – Если первым вернёшься домой, не запирай дверь.
И исчез внутри.
Глава XVI
К тому моменту, как Палач расправился с последними сумрачными тварями на вершине горы Куньлунь, бесполезная толпа, созванная преисподней, уже разошлась. Остался лишь судья в компании Бычьей головы и Лошадиной морды: он наблюдал за Шэнь Вэем издалека, явно хотел поговорить, но подойти не решался.
– Пойдём, я отнесу тебя домой, – предложил Палач, протянув Дацину руку.
Кот заколебался, но желание вернуться в тепло взяло верх. Телосложением Шэнь Вэй напоминал Чжао Юньланя, но Дацин всё равно ощущал себя неуютно на его плече, поэтому свернулся в клубок. Паньгуань наконец нашёл в себе смелость заговорить:
– Господин…
– Вам лучше уйти, – перебил его холодный голос. – Не вынуждайте меня грубить.
Сквозь облака наконец пробился солнечный свет. Палач в мгновение ока преодолел путь в тысячи ли и оказался в маленькой квартирке Чжао Юньланя в Лунчэне. Было уже за полдень, по всем телеканалам группы псевдоэкспертов обсуждали загадочное погодное явление, предлагая свои версии случившегося, одну нелепее другой.
Спустя три-четыре часа на столе завибрировал мобильный. Непривыкший к электронным устройствам Шэнь Вэй отреагировал не сразу и спохватился, только когда Дацин робко мяукнул и подвинул к нему телефон. На экране светилось уже три сообщения: «Наконец-то появился сигнал. Я в порядке, скоро буду дома», затем через минуту – «Пригласили на ужин из министерства, только сейчас увидел. Я должен пойти, так что не жди» и «Ложись спать пораньше».