- Нет... разумеется, нет. Мои лучшие друзья счастливы, значит, я тоже счастлива.
- Поначалу мы боялись сказать тебе правду. Потом переживали, что ты обидишься, что мы не сказали сразу.
- Как-то раз Мирон привез шуруповерт, чтобы собрать мне стеллаж, я как раз готовилась к докладу. Он был так добр и согласился помочь с репетицией. Потом мы заказали роллы. Он меня так сильно поддерживал, что я подумала — почему я мучаюсь со всякими придурками, когда такой классный парень тратит личное время, чтобы доделать полки и выслушать мой отвратительно скучный доклад?
- Он не скучный, - говорим мы с Мироном машинально. А потом он дополняет:
- Она мне давно нравилась.
Тимур вдруг поднимает руку, и они ударяются кулаками, мы с Лизой прыскаем.
- Мирон, - начинает Тимур, когда в обсуждении их романа появляется первая пауза. - мне жаль, что твой день испорчен, я так не планировал.
- Разве мспорчен? Передо мной извиняется Эккерт. Да это лучший день рождения! - как обычно Мирош смягчает ситуацию. - Можешь повторить, что тебе жаль?
- Думаю, одного рада достаточно. - Приподнимает брови Тимур, и я смеюсь. - Забудем обиды. Возможно, на каком-то этапе ты был не подходящим для «Эккерт-про» врачом...
- Тимур! - шиплю я ошеломленно.
- Эккерты, - вздыхает Мирон.
- Неплохим врачом, но, возможно, не лучшим, - поправляется Тимур, продолжая зарывать ситуацию, и нас с ним вместе взятых. - Эй. Это достаточно хороший статус.
Лиза показывает ему заткнуться.
- ...Но — продолжает он упорно, - ты верный друг для Алены и хороший человек, а это намного важнее. С днем рождения, будь счастлив!
- Спасибо!
- С днем рождения, Мирон! - восклицаю я, и мы вчетвером чокаемся.
Мирон бросает в меня обиженный взгляд, дескать, ты сама все видела. Я пожимаю плечами:
- Сейчас Тимур выпьет еще немного, и мы все будем работать в «Эккерт-про».
- Спасибо, уже не надо.
- Почему? - серьезно уточняет Тимур. - У нас прекрасные возможности для роста.
Виски уже действует? Мне снова смешно! Мирон же пожимает плечами.
Мы болтаем так долго, как только позволяет погода. Шутим, вспоминаем студенчество, пока я окончательно не расслабляюсь.
Попрощавшись с друзьями, мы с Тимуром едем ко мне, где все происходит также восхитительно, как было раньше, но при этом совсем по-другому.
Потому что я его теряла. Иногда нужно потерять, чтобы научиться ценить. И я ценю. Обнимаю, целую, прижимаюсь. Я ценю его и то, что к нему испытываю — и это усиливает наслаждение и дарит то самое послевкусие, о котором Тимур упоминал ранее.
Уже под утро, когда мы отдыхаем, встречая рассвет в постели, Тимур произносит:
- Совсем забыл сказать: я нашел тебе адвоката.
Глава 56 - бонусная глава для тех, кто скучал по Исхаковым)Мы медленно поднимаемся в новомодном лифте — стекла столько, что кажется, будто едешь вверх по аквариуму.
Тимур думает о чем-то своем, и что-то подсказывает - вряд ли он восхищается обстановкой. Наверное, даже не замечает, как здесь красиво.
В такие моменты я остро ощущаю глубину пропасти между нами. Да, мезальянс — это пропасть, над которой мы строим мост из медицины, уважения друг к другу и чуткой нежности — то, что нас связывает.
Не знаю, удержит ли нас мост из этих материалов. А если да, то как долго? Могу лишь гарантировать: я ни за что не стану его раскачивать.
- Нервничаешь? - спрашивает Тимур, переводит глаза на меня.
- Да. Любые юридические вопросы меня буквально иссушают.
Он кивает.
- Буду говорить я, а ты дополняй, если что-то вспомнишь.
- Тебя они тоже нервируют.
- Это часть работы. Справлюсь.
Не сомневаюсь. И все же, к такому невозможно привыкнуть.
Двери лифта разъезжаются, и мы попадаем в пустой коридор. Сегодня выходной день, встреча неформальная, даже секретаря нет на месте.
Тимур оглядывается, словно вспоминая, куда идти, я робко беру его за руку, он сжимает мои пальцы и ведет в сторону дальнего кабинета.
Тимур упомянул, что его отец работает с этим адвокатом. Савелий Андреевич Исхаков славится спорными делами, агрессивной работой со СМИ и, конечно, победами. Он появился в Москве не так давно, но быстро вписался, словно всегда тут и был.
У меня, разумеется, нет денег на такого адвоката. Я даже не знаю, сколько он стоит. Все это не способствует высокому боевому духу.
Тимур стучится в дверь и тут же открывает.
- Добрый вечер. Мы не рано?
Просторный, довольно безликий кабинет, никаким образом не отвлекающий от дел. За столом сидит серьезный мужчина.
- Здравствуйте, проходите, - звучит низкий, спокойный голос.
Савелию Андреевичу на вид лет тридцать пять-сорок, внешность необычная — он довольно симпатичный, при этом смазливым его точно не назовешь. Одет — официально, только рукава белой рубашки закатаны до локтей. Судя по кольцу — женат. Это почему-то успокаивает: семейные мужчины будто бы реже позволяют себе странности.