Слабоватый получается питчинг. Хочется что-то добавить, и я тянусь к сумке.
- Также я принесла диплом и сертификаты. У меня очень много сертификатов, я захватила самые важные, но могу привезти все.
- Не нужно, - хмурится, листая анкету. - Предоставите потом в отдел кадров, девочки дадут список необходимых документов. Я в курсе, что у вас есть диплом.
- И гражданский иск от Журавлевой Ирмы Олеговны.
Снова хмурится.
- Наверное, мне стоит лучше себя презентовать. Может, поэтому меня никто больше и не берет.
Не спешите меня ругать, я не озвучила сумму иска. Я ее, честно говоря, и не в состоянии озвучить. Попробуйте сами произнести: двадцать семь миллионов.
- Нет, мне нравится честность. Я жду ее от своих коллег. Поэтому давайте поговорим откровенно.
Он откладывает папку и смотрит в глаза.
- Откровенность. Хорошо. Я готова.
Я совершенно не готова откровенничать с Эккертом.
- Формально вы вышли за рамки согласованного объёма вмешательства, что повлекло у пациентки ряд осложнений. Я не думаю, что вам стоит продолжать хранить врачебную тайну, Журавлева подробно расписала ситуацию в своем блоге на четыреста тысяч человек, я тоже почитал. С тех пор ее блог, кстати, вырос на тридцать тысяч, а в комментариях открылся портал в ад — если их почитать, может сложиться впечатление, что медики только и делают, что калечат.
- Ей нужна была эта операция.
- Но в публичном поле главенствует другая версия. Журавлева выложила фотографии и подробно описала, что её «резали без спроса». Это красная тряпка для СМИ. По-хорошему вам надо было либо завершить операцию по плану, либо вызвать старшего хирурга и решить через консилиум на месте.
Не могу удержаться от иронии:
- Ну конечно же у нас всегда есть лишние полчаса на созыв консилиума, пока пациент под наркозом. И все старшие хирурги — совершенно свободны.
- В моей клинике врачу не откажут в помощи. И разделят ответственность.
Переплетаю пальцы и опускаю глаза. Я думала, в моей тоже.
- Лицензии вас не лишили, но я не могу доверить вам пациентов, инвесторы меня просто сожрут.
Киваю. Щеки начинают пылать. Я понятия не имею, что он может предложить.
- Поэтому пока могу предложить вам должность — консультанта.
- Пока? А потом?
- Посмотрим на ваши старания. - Слегка улыбается и смотрит ниже моих глаз. Я сглатываю. Он все время на меня странно смотрит. - Роману понадобится помощь опытного хирурга-урогинеколога. У новой клиники будет фокус на женское здоровье, кто знает о нем больше, чем вы? Ваши предложения будут обсуждаться в моем присутствии, и только после одобрения на всех уровнях претворяться в жизнь.
- Я поняла.
Я плохо поняла, что от меня нужно.
Вообще ничего не поняла. В операционную мне нельзя, если я начну лезть с советами к хирургам — они меня саму на лоскуты изрежут.
- Ваша задача на данный момент — вникнуть в дела клиники и по возможности никому без моего разрешения не отрезать половину мочевого.
- Это я могу, - силюсь улыбнуться. - Хотя сами понимаете, такое искушение. - Играю бровями.
Он не реагирует. Шутка не зашла.
- В понедельник в восемь консилиум хирургов.
- Я буду. - Поднимаюсь. - Тогда, не смею вас больше задерживать. И... спасибо.
- Пожалуйста. Хорошего дня.
- И вам тоже.
Я направляюсь к двери.
- Алена Андреевна, - окликает он в полголоса, и я как-то всем телом замираю.
- Да? - оборачиваюсь.
Тишина невозможная.
- Как вам лимонад? Это нововведение.
- Оу. Очень вкусный.
- Но?
- Но в феврале обычно хочется чего-то без льда.
- Да? - задумывается. - Денис голосовал за безалкогольный глинтвейн.
- Денис Комиссаров?
Он кивает. И у меня внутри все переворачивается.
- Можно еще рассмотреть варианты клюквенного или брусничного морса, - осторожничаю.
- Хм. - Эккерт делает пометку на стикере. - Хорошо. Брусничный морс.
- Но глинтвейн я тоже люблю.
Он снова делает пометку. Что происходит?
Я силюсь улыбнуть и выхожу в коридор.
Меня взяли.
Меня взяли?!
В понедельник в кофейню к Игорю выйдет его знакомая, а я начну работать консультантом! Мне нужно как-то рассказать Лизе и Мирону. Особенно сложно будет - Мирону, но я справлюсь.
Это ведь лучше, чем варить кофе.
Но... что вообще означает должность консультант? И что я буду должна Эккерту? Ничего непонятно.
Двери лифта разъезжаются, и передо мной предстает Денис. Он держит в руке стакан лимонада и широко улыбается:
- Алена? Добро пожаловать в команду!
Глава 8
Тимур
Денис снова зевает, и меня это нервирует. Потому что я сразу тоже хочу зевать, а у меня впереди важное совещание. Более того — среди инвесторов будет присутствовать мой отец, который обычно подмечает каждую деталь, и потом, безусловно, обрушит на нас с Романом список замечаний.