— Кто?
— Тетя Джессика, разумеется. И тетя Мари. И тетя Каролина.
— Слишком много теть, — сухо заметила Сюзан. — Так по отношению к чему они испытывали такие сильные чувства?
— К дому. И друг к другу. Ну и к прочему. Я всегда знал, но все это было… скрытно. Понимаете? А на поверхности как будто все нормально.
Понимание приходило к Сюзан так, будто она нащупывает что-то в тумане. На поверхности как будто все нормально, сказал он. Но туман вдруг на мгновение рассеялся, и это позволило ей на миг заглянуть в открывшуюся бездну.
— Чего боялась Каролина? — спросила Сюзан.
— Каролина? — переспросил он, глядя на Сюзан в недоумении. — Боялась? — По его голубым глазам было видно, что он встревожен и возбужден. — Смотрите, — продолжал он, — если думаете, что Мари убила Каролина, то ошибаетесь. Она не могла. Она бы никогда не посмела. Я х-х-очу сказать… — от возбуждения он стал заикаться. — Я хочу сказать, что Каролина и мухи не обидит. И она не стала бы противоречить Мари ни в чем. Мари… вы просто не знаете, что это была за женщина.
— Что же случилось в коридоре наверху?
— Имеете в виду, когда выстрел…
— Да.
— Ну, я… я был у себя в комнате… Вернее, нет, не совсем так. Был почти у двери. И слышал выстрел. И странно, но, кажется… я с самого начала знал, что это выстрел из револьвера. Как будто ожидал его… — он осекся. — Но я не ожидал… я… — он замолчал, в отчаянии сунул кулаки в карманы и наконец сумел взять себя в руки. — На самом деле, я этого не ожидал, — твердо проговорил он. — Понимаете?
— В таком случае ты услышал выстрел и, наверно, повернулся и посмотрел.
— Да. Да, кажется, так. Как бы то ни было, в коридоре была еще и Каролина. По-моему, она кричала. Мы оба бежали. Я сразу подумал о Мари — не знаю почему. Но Каролина вцепилась в меня и не отпускала. Она не хотела, чтобы я зашел в комнату Мари. Каролина была в ужасе. А потом, кажется, появились вы с Джессикой. Правильно я понимаю?
— Да. Не было ли в коридоре кого-нибудь еще? Из комнаты Мари никто не выходил?
— Никто, — лицо Дэвида приняло озадаченное и растерянное выражение.
— Кроме Каролины?
— Но, я же говорю, это не могла быть Каролина.
Пронзительно зазвонил колокольчику парадной двери.
— Это полиция, — переводя дух, подумала Сюзан. Стоявший рядом с нею Дэвид приосанился и смотрел на широкую старинную дверь, которая должна была открыться.
Позади него на устланной ковром лестнице послышался шелест.
— Это полиция, — хриплым голосом сказала Джессика. — Впустите.
Сюзан не ожидала, что их явится так много. И что они развернут такую бурную деятельность. И что опрос может продолжаться так долго. Не ожидала такой педантичности с фотосъемкой, снятием отпечатков пальцев и отработанной манеры вести расследование быстро и невероятно дотошно. Увидев своими глазами действия полиции на месте убийства, она была потрясена и просто исполнилась благоговения перед криминалистами.
Тем не менее поговорить с глазу на глаз с лейтенантом Морном, быстрым, моложавым и добрым, оказалось несложно. Приехавший сразу после полиции Джим Бёрн объяснил появление Сюзан в доме. Она была очень рада его видеть.
— Сообщите полиции все, что вам известно, — было первое, что сказал Джим.
— Но я ничего не знаю.
Как ни странно, именно с подачи лейтенанта Мориа Сюзан оказалась в самом центре расследования.
Но все это случилось позже, значительно позже. После бесконечного опроса, бесконечного обыска, бесконечных повторений и бесконечных совещаний. Бесконечного ожидания в мрачноватой столовой с портретами живых и покойных Реев, внимательно смотревших сверху вниз на полицейских. И на Сюзан. И на слуг, чьи алиби, как сообщил ей Джим, были сразу же и полностью подтверждены.
Уже ближе к часу ночи Джим снова подошел к Сюзан.
— Слушай, — сказал он, — выглядишь просто как привидение. Ты вообще ужинала?
— Нет, — призналась Сюзан.
Через мгновение она уже на кухне ела то, что Джим Бёрн доставал из холодильника.
— Тебе все-таки кое-что удается, — заметила она. — Я думала, газетчиков в дом не пустят.
— А, с полицейскими-то легко договориться, они выступят перед всеми нами с заявлением. Нормально к нам относятся. Торт будешь? И не забывай, что я к этому делу тоже причастен. Так удалось узнать, чего боялась Каролина?