Перевод Виолетты Пигиной
В запертой комнате много лет стояли Стол со Стулом и все время молчали, потому что не понимали языков друг друга.
Когда Стул заводил разговор о своей спинке, Стол думал, что он рассказывает про снежинки, а если Стол жаловался на ножки, Стул думал, что в нем завелись блошки, и поэтому они давно перестали общаться.
Однажды в воскресенье, на Троицу, в комнату вошла хозяйка и, что-то напевая, растворила окно, и вместе со свежим воздухом внутрь проникли солнечные лучи, согревая Стол и Стул. В кустах чирикали воробьи, на крышах ворковали голуби, на антеннах весело перекликались дрозды, а небо было безоблачно-голубым. Стол и Стул почувствовали что-то необычное.
— Какой день! — воскликнул Стол.
— Какая чудная погода, будь я курицей, непременно снес бы яйцо! — поддержал Стул.
И они поняли друг друга.
У них завязалась приятная беседа. Тогда они обсудили все, что совместно пережили за это время.
Хихикая, вспоминали они пролитый малиновый сироп, червяка в салате, которого съела фрау Глуц, и то, как дядя Ой-ген однажды упал со стула.
Потом пришла хозяйка, снова закрыла окно, задернула занавески и скрылась за дверью.
— Помнишь червяка? — стонал Стол, но Стул не мог припомнить ни одного моряка.
— А помнишь, сироп… — скрипнул Стул, но Стол не понимал, что за циклоп.
И они замолчали, ожидая, когда на следующую Троицу снова откроется окно.
Перевод Анны Захаровой
Вы когда-нибудь слышали поговорку: “Он и козе баян продаст, и лосю противогаз”? Так на Севере говорят о людях, которые из всего могут извлечь выгоду. И сейчас я расскажу вам, как эта поговорка появилась.
Жил-был торговец, славившийся тем, что не было вещи, какую он не смог бы продать. Он уже продал стоматологу зубную щетку, пекарю — хлеб, а владельцу фруктовой фермы — ящик яблок.
— Но по-настоящему хорошим торговцем ты станешь лишь тогда, когда продашь лосю противогаз, — заявили ему друзья.
И торговец пошел так далеко на север, что оказался в лесу, где жили одни только лоси.
— Добрый день, — сказал он первому попавшемуся лосю. — Вам определенно нужен противогаз!
— Для чего? — удивился лось. — Воздух здесь хороший.
— Сейчас у всех есть противогазы, — заявил торговец.
— Очень сожалею, — ответил лось, — но мне он не нужен.
— Просто подождите, — сказал торговец. — Он вам еще точно понадобится.
И, недолго думая, он начал строить фабрику прямо посреди леса, в котором жили одни только лоси.
— Ты с ума сошел? — спросили его друзья.
— Нет, — ответил он, — я просто хочу продать лосю противогаз.
Когда фабрику достроили, фабричные трубы принялись выпускать вредные газы в таких количествах, что вскоре лось сам пришел к торговцу и сказал:
— Теперь мне нужен противогаз.
— Так я и думал, — усмехнулся торговец, и тут же продал ему новейшую модель. — Качественный товар, — весело заверил он лося.
— Другим лосям тоже нужны противогазы. У тебя есть еще? (Лоси не знают, что невежливо обращаться к незнакомцам на “ты”).
— Вам крайне повезло! — сообщил торговец. — У меня таких тысячи.
— Кстати, — спросил лось. — Что ты производишь на фабрике?
— Противогазы, — ответил торговец.
Перевод Анны Плотниковой
Вторая половина дня.
На улице никого.
Из-за угла появляется госпожа Кизер с собакой на поводке. Немецкой овчаркой.
Навстречу им выходит господин Штарк, тоже с собакой на поводке. С таксой.
Обе собаки замирают. Госпожа Кизер и господин Штарк тоже.
Овчарка рычит. Такса лает.
Овчарка бросается на таксу и съедает ее.
— Она лишь играет! — восклицает госпожа Кизер.
— Ну я ей сейчас покажу! — кричит господин Штарк и съедает овчарку.
Госпожа Кизер в гневе. Она бросается на господина Штарка и съедает его. После чего спокойно идет дальше.
На улице воцаряется гробовая тишина.
Перевод Степана Огиевского
Пришли как-то раз к свинье гости, и не кто-нибудь, а соломинка.
— Привет, соломинка! — сказала свинья, роясь мордой в корыте. — Что привело тебя ко мне?
— Оскорбления, — сердито пропищала соломинка. — Невыносимые, постоянные оскорбления!
Обеспокоенная свинья наконец оторвалась от еды.