А в туалете изображены руки, будто бы вцепившиеся в сиденье унитаза. Сзади висит знак, запрещающий парковку, с табличкой внизу: “Только посадка и высадка”. Выйдете оттуда — а хозяин квартиры уже притаился в засаде за напольной вешалкой, проверяет, смешно ли вам? Забавно, признаете вы, но он не отстанет, что же такого забавного? Знак в туалете! “А-а, — отзовется он, — ха, ха”.
И непременно подаст вам что-нибудь к кофе, ведь иначе вы сразу не заметите, что на каждой тарелке написано: ТАРЕЛКА. А если затем он предложит вам закурить, то имейте в виду — это уловка, чтобы вы попросили пепельницу. Возьмите сами, скажет он, в шкафу у вас за спиной. Вы обернетесь, откроете шкаф, увидите там скелет, испугаетесь, закроете шкаф. “Нет-нет, — скажет хозяин квартиры, — берите же его! Подождите, я помогу. Иди сюда, Куно, видите ли, его зовут Куно…” И вот — скелет извлечен из шкафа, стоит рядом с вами, его правая рука лежит на столе и держит крышку собственного черепа — теперь туда можно стряхнуть пепел.
Беседа у вас не сложится: на самом деле он вас не слушает, не следит за разговором, а только и ждет, как бы еще выставить напоказ свою чудаковатость — принося ей в жертву смысл. Вы не выясните, на что он живет, — если спросить о профессии, то он призадумается (естественно, для виду), нахмурится, почешет подбородок, приоткроет рот и устремит взгляд в потолок. И скажет: “Забыл. Право слово, забыл, какой же я рассеянный!”
Полюбопытствуете, женат ли он. Будет целую вечность ходить вокруг да около. То уточнит, о чем это вы, то забормочет: как это — “женат”… И так до тех пор, пока вы не употребите слово “женщины”. Тогда он нарочито рассеянно поинтересуется: “Женщины, погодите-ка, женщины, что же это такое… Ха-ха! Это те длинноволосые создания, которые танцуют в другую сторону?” И больше не проронит ни звука: дает вам время проникнуться фразой, вычитанной им в сборнике анекдотов.
Наконец-то вы можете направиться к выходу, как вдруг над дверной рамой блеснет розовыми буквами надпись: ДО СВИДАНЬЯ. Разумеется, вы, как и все остальные, спросите, отчего “я” такая кривая. А ему только дай повод сообщить: “Она… уронилась”.
Прощайтесь, прощайтесь, с такими людьми долго разговаривать не стоит, и, выходя из дома, не смотрите вверх… Нет, зачем вы смотрите, я же сказал, не надо — охота ли любоваться, как он глядит из окна, напялив маску петуха?
Сегодня за обедом одна знакомая из Берна рассказала мне о знакомом из Германии, который
случайно
разговорился с незнакомцем
и тот
наговорившись о всякой ерунде
поведал
как однажды он
в десятом часу вечера
по профессии он агент
и часто в это время возвращается домой на машине так вот, однажды он
по дороге
увидел
что
на обочине
в открытом поле
девочка
стоит, подняв руку
он остановился
спросил, куда ей надо
та ответила:
в пекарню в ближайшей деревне, он разрешил девочке сесть
та устроилась сзади
и всю дорогу молчала
но потом
доехав до деревни
он нашел пекарню, притормозил перед ней
а девочка куда-то пропала
так что он решил
выйти из машины, позвонить
и спросить:
девочка уже дома?
хотя и странно
он же ничего не заметил
она бы захлопнула дверь
и вот
вскоре
женщина
открыла дверь
выслушала его
попросила войти
и затем
только тогда он заметил
что женщина одета в черное
сообщила:
девочка
которую он подвез
наверное, ее дочь
которая четыре месяца назад
села
в машину
и погибла
а он
он уже третий
кто после ее смерти приходит
и говорит
что привез девоч которая сюд
спраш
не в доме она уж
(Он, растерявшись, уехал
и с тех пор
ему очень одиноко он знает, что делать
потому что)
Три возможности
I
Один женатый человек ехал к Рейнскому водопаду с некой актрисой и, стоя у поворота на главную дорогу, поцеловал ее. В эту минуту его автомобиль покатился и оказался прямо перед грузовиком, — тот не успел затормозить. И мужчина, и актриса погибли на месте.
II