Своеобразной переходной ступенью от литературы о призраках к литературе о размытых границах может служить роман Густава Майринка «Белый доминиканец». В нем, кроме прочего, высказывается обеспокоенность большой популярностью спиритизма: по мнению героев романа, практика вызывания духов мертвых специально инспирируется адскими силами, которые хотят заставить людей привыкнуть к постоянному соседству призраков и, в конце концов, наводнить мир демоническими сущностями. Таким образом, часто описываемые в предшествующей литературе разовые появления привидений под пером Майринка угрожают перерасти в массовую иммиграцию потустороннего.
Еще более явно идея «слияния двух царств» выражена в новелле Сигизмунда Кржижановского, чье название говорит само за себя — «Мост через Стикс». Герою новеллы инженеру Тинцу является огромная жаба, утверждающая, что раньше она жила на дне Стикса — той самой реки, через которую Харон переправляет тени умерших. Жаба эмигрировала из-за Первой мировой войны, которая, по ее словам, сделала два царства уж слишком похожими друг на друга. Гостья из Стикса рассказывает: «как я ни всматривалась, я не могла понять, где жизнь и где смерть; оба берега были испепелены и обезлюдены, глубокие воронки, могильными въямьями, изоспили их, и туман, смешанный с стланью ядовых газов, застилал левую и правую даль».
И жаба предлагает увеличить нарастающее сходство. «Дело не в войнах живых с живыми, — утверждает обитательница Стикса, — не в том, что вы, люди, существуете для взаимных похорон, а в извечной войне двух берегов Стикса, в непрекра-щающейся борьбе смерти с жизнью. Я предлагаю перемирье…» Нужна «коинциденция мертви и живи», которая произойдет из «мелочей, незаметно вштриховывающихся в жизнь…» К числу таких мелочей, по мнению жабы, относятся специальные автоматы для самоубийства: кинув монетку, человек получает пулю в лоб. Но самое главное — через Стикс, отделяющий страну живых от страны мертвых, нужно построить мост. «Пора, давно пора строить мост через Стикс, — говорит жаба. — Он повиснет меж вечным «нет» и вечным «да». Из ночи в день и из тени в свет, спаями своими вновь сочетая рассочетанные смерть и жизнь. И тогда над извивами Стикса мы раскроем чёрные пасти экскаваторов; мы вычерпаем ими все затонувшие памяти мира; всё канувшее в забвение, века, осевшие поверх веков, историю и праисторию, смешанные со стоксовыми илами, мы подымем назад, под ваше солнце. Мы опустошим забвение до дна. Смерть раздаёт все свои богатства нищим — оболы и жизни, — и посмотрим, как вам удастся остаться живыми среди восставших смертей».
Наверное, трудно представить себе более четкое и более откровенное «проговаривание» идеи слияния двух царств, и здесь мы еще раз можем убедиться, что недаром очень многие считают Сигизмунда Кржижановского непризнанным гением. И все же здесь перед нами только небольшая новелла. Если же говорить о романном жанре, то прежде всего вспоминаются произведения Джеймса Балларда. Правда, его романы и рассказы слишком символичны, чтобы давать им однозначное толкование, но нельзя отрицать: тема близости царства смерти, потустороннего мира присутствует у Балларда довольно навязчиво. Одним из примеров может служить роман Балларда «Фабрика грёз Unlimited». В нем полусумасшедший неудачник по фамилии Блейк угоняет самолет и, не справившись с управлением, обрушивается в реку рядом с небольшим городом Шеппертоном. Правда, ему удается выбраться на берег — но, как впоследствии оказалось, на берег выходит не тело Блейка, а его выскочившая из тела душа. После этого происходят странные, магические события: город оказывается волшебным образом отрезанным от мира, в нем, как в раю, вырастают тропические деревья и цветы, начинают летать южные птицы, сами жители города по ночам превращаются в животных, затем они сбрасывают одежду и под предводительством Блейка взмывают куда-то в небо, к солнцу. Местный священник, оценивая происходящее, говорит, что в момент падения, возможно, не блейк выпал из жизни, а наоборот, жители города выпали в смерть. Критик Елена Венгерская говорит, что в романе Балларда город Шеппертон превращается в «посмертное видение Блейка». В то же время нельзя утверждать, что действие «Фабрики грез» происходит не в загробном мире: город Шеппертон продолжает стоять на том же месте, где стоял, по его периметру бродят полицейские, пытаясь прорваться через густые джунгли, и когда жители улетают к неведомому раю, полиции и репортерам даже удается войти в опустевший город.