— У вас не найдется того экземпляра «Скупа»? Хотелось бы посмотреть…
— Да откуда, Валерия? — Сара всплеснула руками. — Все выкинули.
— Может, вспомните, от какого числа была газета?
— Двухнедельной давности, пятничная.
— Хорошо, — кивнула я. — Алон, дайте мне адрес Ципи, я хочу заехать к ней, поспрашивать немного.
— Спасибо, дорогая! Мы тут с женой совсем пали духом, особенно после этого страшного известия. Обратиться в полицию насчет светильника или повременить? Как ты думаешь?
— Подождите денек, вот я съезжу к Ципи, а там видно будет.
Собственно говоря, чего это я так с головой влезла в поиски злосчастного светильника, забросив дом и работу? Меня грызло чувство вины — самое разрушающее чувство. Мне казалось, что если бы груженый фургон с мебелью не остановился возле моего дома и из него не стали бы вытаскивать шкаф и книги, то все бы обошлось: светильник бы не пропал, Вадима бы не убили, а профессор Розенталь не хватался бы за сердце.
Но история не терпит сослагательного наклонения, и я, занимаясь расследованием, пыталась задушить в себе это тягостно-сосущее чувство.
Зазвонил телефон.
— Я имею честь говорить с мадам Кристи, снова вышедшей на тропу войны?
— Денис, ты опять за свое?
— Скажи мне, на тебе боевая раскраска?
— Нет, а что?
— Еврейский диалог у нас получается. Из одних вопросов, ты не находишь?
— Так что тебе надо?
— Могу я пригласить даму сердца в уютное местечко, дабы насладиться в ее обществе гастрономическими изысками и отменным вином? Короче, жрать хочешь?
— Хочу! — обрадовалась я, вспомнив, что давно ничего не ела.
— Тогда жду в центре ГУМа у фонтана. Ну, ты знаешь где. Ровно в полночь.
— Денис, ты что! Какая полночь?
— То есть я хотел сказать, полчаса. Жду тебя через полчаса.
«Центром ГУМа у фонтана» мы называли площадь перед Дворцом культуры, где били фонтаны разной высоты. Там всегда было прохладно и свежо, прыгали счастливые мокрые дети и спешила на концерты чинная публика, наряженная в вечерние костюмы. Охранников при входе интересовали больше дамские театральные сумочки, в которые они заглядывали со служебным рвением, нежели билеты, которые проверялись только перед первым действием. В антракте публика высыпала наружу, и на второе действие можно было спокойно пройти и без билета, и с бомбой. Очередной «тришкин кафтан».
«Форд-Фокус» Дениса стоял неподалеку. Нырнув вовнутрь, я поцеловала любовника в прохладный нос:
— Куда теперь?
— Мне посоветовали один премилый ресторанчик около яхт-клуба. Отметимся?
— Ага!
Когда нам принесли свежие булочки с чесночным маслом и салаты, Денис предложил:
— А теперь рассказывай, что у тебя там произошло?
Намазывая булочку маслом, я сообщила о визите в агентство по перевозкам, о Вадиме с проломленной головой, о просьбе профессора помочь ему в поисках светильника. Денис слушал внимательно, не перебивал.
— Вадима могли убить по разным причинам: кому-то перешел дорогу, влез чужаком в налаженный бизнес, из ревности, по пьяному делу. И розенталевский светильник, пусть он и супер-пупер ценный и принадлежит, по слухам, самой Нефертити, может не играть в этом деле никакой роли. Разве что он пропал до убийства парня. Но, как ты сама любишь произносить: «После того не значит вследствие того». Ты хочешь помочь профессору найти светильник? Очень хорошо. Абстрагируйся от смерти Вадима. Поспрашивай жену, домработницу, грузчиков — может, сунули куда-то. Убивать-то зачем? Не твое это дело — расследовать преступление. Пусть полиция занимается.
Конечно, Денис консерватор и ретроград, несмотря на свой молодой возраст, но резон в его словах есть. Вот сейчас доем креветок в сливочном соусе и завтра с утра за работу! А поисками займусь в свободное от работы время. Найду — хорошо, не найду — на нет и суда нет. Решено.
— И все же я не пойму, — произнес Денис, обсасывая креветочный хвостик, — почему тебя тянет разгадывать эти дедуктивные головоломки? Книжки читай, знаешь, как успокаивает? Сказки на ночь…
— Сказки? — удивилась я. — Так они и есть самые криминальные истории! Я только не понимаю, как детям эти триллеры на ночь рассказывают, вроде «Красной Шапочки».
— С «Красной Шапочкой» уже Эрик Берн разобрался. Ты хочешь сказать, что «Курочка Ряба» или «Колобок» тоже детективы?
— И ты еще сомневался? Ну, скажи, с чего бы вдруг Курочка Ряба снесла золотое яйцо? Не иначе получила какое-то воздействие извне.