— Да хранит тебя Господь, моя дорогая, — прошептала она, вытирая слезы фартуком.
Снова зазвонил телефон.
— Лера, это я, Ирина. Ты где?
— Я в городе по делам.
— У нас сейчас похороны. Ты придешь?
— Боюсь, что не успею.
— Тогда приходи на поминки.
— Ирина, я бы с радостью… — Тут я прикусила язык, поняв, что сморозила глупость. — Я не могу, честное слово. Тут такие дела закрутились.
— Очень тебя прошу, Валерия…
В ее голосе было столько мольбы, что я против воли согласилась.
— Хорошо, я приду. Но ненадолго.
Мне пришло в голову, что неплохо бы съездить в «Перевозки Когана», благо до поминок есть время. И еще домой, Дашку накормить. Ведь если ей не подать, она до вечера не будет ничего есть — забудет. Взрослая девица, а со своим компьютером обо всем на свете забывает!
В «Перевозках Когана» было настоящее столпотворение. Словно всех граждан нашего старого города обуяла охота к перемене мест, и обязательно с собственной мебелью. С трудом дождавшись своей очереди, я спросила:
— Скажите, ваша фирма выполняла заказ профессора Розенталя из Барнеа? Мне сказали, что профессор звонил именно вам.
Пожилая женщина с завитыми кудряшками, сидевшая за столом, уставилась на меня с подозрением:
— А в чем дело?
— Послушайте, не отвечайте вопросом на вопрос. Просто мне так понравилась работа, что я тоже хочу нанять ваших грузчиков. Но я не уверена, что именно фирма «Перевозки Когана» выполнила этот заказ. Вы можете посмотреть по своим записям?
— Так заказывайте, и дело с концом! Раз вы пришли по рекомендации, я сделаю вам скидку.
— Ну нет! — возразила я. — Я хочу, чтобы мои вещи укладывала в машину именно та бригада, что была у Розенталей. Уж сильно мне хвалили ваших парней.
— Хорошо, хорошо, посмотрим, — проворчала она, хотя было заметно, что мой неуклюжий комплимент пролил ей бальзам на душу. — Как вы сказали, Розенталь? Когда это было?
— Три дня назад.
— У нас несколько бригад, поэтому надо посмотреть, кому был передан заказ. Одну минутку… Вот. Нашла. К Розенталю ездила бригада Реувена Хацора.
— Дайте мне его телефон, — я изображала надменную капризную дамочку, привыкшую получать все, что хочется.
— Так оформлять заказ или нет?
— Сначала я поговорю с ним.
— Зачем?
— Это мое дело. Ваши рабочие подневольные? Вы их прячете?
— Хорошо, я дам вам телефон. Но знайте, наши работники не принимают заказы в обход конторы, даже и не надейтесь.
— Не волнуйтесь, я обязательно к вам вернусь. У меня и в мыслях не было договариваться с Реувеном за вашей спиной. Я все оформлю официально, мне документы нужны для налогового управления.
Получив бумажку с номером телефона, я поблагодарила даму в кудряшках и вышла из конторы. Вдохнув на улице свежего воздуха, я позвонила Реувену, и из разговора с ним выяснилось, что к нему подошел человек, предложил денег в два раза больше за заказ и уплатил на месте. Как выглядел человек и как он был одет, Реувен не ответил — ему, видимо, неудобно было сознаваться в том, что он сделал, и поэтому он хотел побыстрее прекратить разговор. Ну что ж, это уже след. Я была довольна и поехала домой, чтобы передохнуть перед тем, как отправиться на поминки.
Дашка ждала меня и была в сильном возбуждении.
— Мамуль, я решила, какой я хочу подарок на день рождения!
— Только не лабрадора. Этого я не вынесу! — Моя дочь в прошлом году захотела щенка и ныла несколько месяцев, пока породистая сука наших друзей не заболела. Дочь с ужасом слушала их рассказы, как хозяева вытирали по всей квартире собачье дерьмо и возили Блюху на промывку желудка, и решила с собакой повременить.
Теперь новая идея:
— Я полечу на самолете.
— Куда?
— Не куда, а как. Сама!
— Как — сама? За границу? Ничего не понимаю. Ты можешь толком объяснить?
— Мы с Даниэлем решили взять урок полета на самолете. Недорого, всего по 75 долларов.
— Дочь моя, ты меня с ума сведешь когда-нибудь! Никаких полетов, это опасно! А ты у меня единственная.
— О чем ты говоришь? Это же урок с инструктором. Как на машине. Сначала научат, потом полечу.
— А что родители Дани говорят?
— То же самое! Вас, предков, пока уговоришь, поседеешь. Не волнуйся, мамуля, Даниэль меня сфотографирует. Я карточки принесу.
Я без сил упала в кресло и задрала ноги на подлокотник.
— Сделай мне чаю, пожалуйста. Я попью и поеду на поминки.
— Какие поминки, мам? Я не собираюсь падать с самолета. И евреи же не делают поминок.