— Я не о перевозках, — она отрицательно качнула головой.
— Тогда о чем же?
— О массажном кабинете.
— Ну и что? — удивилась я, продолжая валять дурака, дабы понять истинные намерения визитерши. — Что плохого в массажном кабинете? Вы работаете без медицинского разрешения? Простите, ничем не могу помочь, у меня частная контора, а не Министерство здравоохранения.
— Ты что, не понимаешь? — Ее лицо исказила гримаса. — Я говорю о публичном доме. Да, я держу проституток, которых ты увидела в фургоне.
— Увидела, — кивнула я. — И что?
— Сколько ты хочешь за молчание? Заплачу один раз, и все. Больше ты меня шантажировать не сможешь — я умею прятать концы в воду.
Помня совет из моэмовского «Театра», я держала паузу. Зачем мне ее грязные деньги? Но, может быть, она сможет пролить свет на некоторые обстоятельства пропажи светильника?
— Что ты молчишь? Не знаешь, какую сумму запросить?
— Отнюдь. Меня другое интересует, — ответила я. — Как, по-вашему, кто убил Вадима? И зачем?
— Не знаю! Сама бы хотела получить ответ на этот вопрос. Следователи все в квартире у нас перерыли, ничего не нашли.
— А вы знаете, что спустя два дня после убийства Воловика, была убита ассистентка профессора, у которого перевозили мебель рабочие вашего агентства.
— Боже мой! Я не знала… Это как-то связано с убийством Вадима?
— Не знаю. Пусть полиция разбирается.
— Но я тут при чем? Я просто хотела хорошо зарабатывать и прочно встать на ноги. Нормально жить, выйти замуж, родить ребенка… Все, что составляет счастье нормальной женщины.
— И поэтому вы влезли в семью подруги, потом в постель к ее гражданскому мужу, потом в их предприятие, а потом случилось убийство. Кто может поручиться, что вы не были причиной этому?
— Ирка всегда была красивее, — всхлипнула Елена. — У нее уже в шестом классе грудь появилась. И волосы у нее золотистые не от краски, а свои, природные. Лицо у нее простоватое, икры толстые, а глядишь, парни за ней так и ухлестывали! А я рядом была, серая мышь, меня она из жалости на вечеринки брала, а на следующее утро в школе контрольные списывала.
— За это и брала? Или по доброте душевной?
— А бог ее знает… Я училась, продвигалась по жизни, могла показать себя с лучшей стороны. И я старалась, строила планы и надежды. А потом приходила Ирка и со своей коровьей грацией ломала мне всю стратегию. Иногда до смешного доходило: мужчина, которого я уже наметила в мужья, тут же забывал о своих намерениях, стоило только Ирине войти в мой дом. Как ей это удавалось? Ведь она книжек не читает, да и с десяток килограммов у нее лишних наберется…
— И вы решили отомстить?
— Боже упаси! За что? Она же не ведала, что творила. Делала не назло, как другие мои приятельницы. Она простая, добродушная корова, зачем мне было с ней портить отношения?
— Хорошо, мне понятно. Скажите, Елена, а чем вы занимались перед приездом сюда?
— Бизнесом.
— Каким, если не секрет?
— Вот этим самым и занималась. Ирке сказала, что у меня ресторан был. Но это вранье. Сначала открыла брачное бюро для желающих выйти замуж за иностранцев. Заплатила программисту одному, он мне сваял сайт в Интернете, и я принялась за работу. С девушек брали немного, но все равно, на жизнь хватало.
— Не поняла. Вы отдавали женщин замуж или в проститутки?
— Поверь мне, что грань очень зыбкая. Особенно после того, как поехала отдыхать в Египет.
Мне повезло! Елена сама затронула тему, о которой я хотела ее расспросить.
— И что было в Египте?
— Мать одной из моих клиенток, вышедшей замуж за египтянина, кстати, православного копта, попросила меня передать ей посылочку. Это был альбом «Эрмитаж» со сфинксом на суперобложке. Я пошла по указанному адресу и попала в квартал публичных домов. Валентина, та самая девушка, к которой у меня была посылка, вышла мне навстречу и пригласила вовнутрь. Я, поколебавшись, вошла. Оказалось, что она действительно вышла замуж за владельца нескольких борделей. Она у него не первая жена, и все остальные жены, кроме первой, его соплеменницы, работают проститутками. Он их не принуждал, просто показал выгоду их положения: дополнительные деньги на расходы, возможность карьерного роста. Да-да, именно так. К тому времени когда я приехала, Валентина уже не была рядовой проституткой. Она, выучив арабский и проявив деловую хватку, уже поднялась на ступеньку выше: оценивала девушек, следила за порядком, а клиентам уступала только по собственному желанию.