Признаться, я не удивилась, увидев светильник в руках у Дениса. Все сразу стало на свои места: и остановка грузчиков возле моего дома, и просьба Шмуэля напиться — ведь я же оставила его одного на кухне, а сама пошла прощаться с Алоном. И даже майка с ослиной головой — в честь бога Сета. А цепочка Шмуэль — Семен — Сэм четко назвала имя главного действующего лица…
Из зала суда я вышла немного подавленной. Шмуэль и Елена получили достаточно большие сроки наказания. Григорию присудили условный срок за переход границы. Профессор Алон Розенталь решил отдать раритет в египетский отдел иерусалимского музея, а Ирина осталась единоличной владелицей маклерской конторы, и думаю, что она долго одной не останется — два ее работника, Робик и Гена, сидели рядом и утешали, как могли. Как бы ситуация не превратилась в противоположную — одна жена и два мужа.
— А мне копта жалко, — сказала я Денису. — Такая ценность у него из-под носа утекла. Он бы на этот фаллос молился, в главном публичном доме на стенку бы повесил, чтобы талисман счастье приносил…
— Знаешь, дорогая, — приобнял меня за плечи любовник. — Ничего бы у него не вышло! Как говорят в Одессе: «Если бордель прибыли не дает, не мебель, а девочек менять надо».
Ирина КАМУШКИНА
ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЕ УБИЙСТВА
Маша пришла в кафе пораньше и села за столик у окна. Без пятнадцати пять на противоположной стороне проспекта остановилась машина и из нее вышел Сергей. Она сразу заметила его своими дальнозоркими глазами. В руках он держал цветы. Маленький букетик. Голубенькие цветочки на коротких стеблях. Ему оставалось сделать всего несколько шагов до тротуара, когда серая иномарка вывернула с площади и, не сбавляя скорости, сбила его на переходе. Когда она подбежала, он лежал уже в плотном кольце толпы. Лицом вниз. Когда еГо перевернули, оказалось, что голова совсем не пострадала. Маша только сейчас заметила, что у него зеленые глаза. В левой руке он сжимал измятые цветы. Маша опознала его. Никто не мог точно назвать ни номер, ни марку машины, слишком быстро она скрылась за поворотом.
Маша собиралась на встречу с классом без особого энтузиазма. С одной стороны, любопытно, конечно, посмотреть на всех, а с другой… Можно было представить, как они усядутся в гостиной Анны Павловны за один длинный стол и как их бывшая классная руководительница, сложив свои пухлые ручки на груди, скажет что-нибудь вроде: «Ребятки, какое же для меня счастье увидеть здесь всех вас. Я вот, несмотря на трудные времена, не изменила своей профессии и преподаю русский язык и литературу в старших классах. Так что все у меня по-прежнему. Ну а теперь вы мне расскажите про свои успехи».
Успехи! Чем меньше об этом думать, тем проще жить. Да и что можно рассказать о собственной жизни, если порой она ей кажется просто глупой и смешной и бывает невозможно понять ее. Но Анна Павловна посмотрит сквозь очки своими близорукими глазами, и никуда не денешься, встанешь и вывернешь перед всеми душу наизнанку, как в старые добрые времена на уроках литературы.
— Ой, Николя, да ты нисколечко не изменилась!
Маша, услышав свое школьное прозвище, почувствовала, как затрепыхалось сердце.
— Светка, а ты-то как изменилась! Такая стала шикарная женщина.
Анна Павловна проплыла перед ними уточкой с большим круглым пирогом на блюде, на ходу проговорив:
— Ребятки, к столу.
Все шло по Машиному сценарию. Анна Павловна, конечно же, не изменила своей профессии. Девчонки предпочитали рассказывать о семье, ребята — о карьере. Пили за каждого в отдельности и от души, поэтому, когда очередь дошла до Маши, внимание уже было рассеяно, всем хотелось говорить, а не слушать.
— Машенька, ну что же ты молчишь? — голос Анны Павловны, отчетливо прозвучал среди шума.
Маша взглянула на свою пожилую учительницу и почувствовала в себе готовность совершить безрассудный поступок.
— Я, Анна Павловна, тоже теперь, как и вы, сею разумное, доброе, вечное.
Анна Павловна удивленно округлила глаза.
— Это как же понимать? Неужели ты в школе работаешь?
— Да нет, не в школе. Нянчусь с одним учеником, вернее, даже и не с учеником. Моему Витьке нет еще и шести. Его родители наняли для него гувернантку. Как в старые добрые времена. Устроили конкурс, ну и выбрали меня…