Я рассматривал юное лицо с намечающимися признаками мужественности и упрямства. Нос парня был чуть приплюснут и вздернут кверху, отчего ноздри казались неправдоподобно широкими, как у людей, переполненных гневом. Брови черные, прямые, лоб высокий с намечающимися глубокими залысинами. Взгляд недобрый. Вдобавок ко всему голос — резкий и излишне высокий. Мне показалось, что это лицо я уже где-то видел, кажется, на одной из фотографий в Комнате славы.
— Ты не ори, я хорошо слышу, — объяснил я.
— Если хорошо слышишь, тогда я дам тебе один добрый совет…
Кажется, мальчик пытался испугать меня и уже начал сжимать кулаки. Пришлось мне поставить его на место, хотя мне было не слишком приятно применять силу против школьника. Я схватил его за плечо так, что мой локоть уперся ему в подбородок. Парень сделал попытку увернуться, и тогда я толкнул его спиной на замшелый кленовый ствол и чуть надавил локтем на горло. Я видел, как его лицо краснеет и напрягается.
— Успокойся, — миролюбиво предложил я. — Давай поговорим нормально.
— Я тебе больше ничего не скажу! — выпалил он. — Мое дело предупредить, а твое — делать выводы.
И тут меня словно дубовой ветвью по голове шарахнуло! Так вот же он, автор записки! Родной мой, а я даже и не мечтал о такой скорой встрече! Черт подери, я чуть не придушил человека, с которого пыль стряхивать должен!
Я немедленно убрал руку, сунул ее в карман и поднес записку к глазам парня.
— Значит, это ты писал?
Парень понял, что допустил промашку, когда начал убегать от меня. Он думал, что я каким-то образом вычислил его и устроил ему засаду около столба. Теперь вдобавок он еще и проболтался. Вся его анонимность растаяла, как туман.
— Вспомнил! — вдруг сказал я и хлопнул себя по лбу. — Вспомнил, где я тебя видел! На фотографии около памятника Ленину! Тебя Ольга Андреевна держала под руку.
— А какая тебе разница, кого она держала! — с вызовом ответил парень, глядя на меня исподлобья.
— Ты чего такой ершистый и нервный? — усмехнулся я. — Это ведь я рискую жизнью, а не ты. Или я ошибаюсь?
— Нет, не ошибаешься, — сквозь зубы ответил парень. — Кровью умоешься, если не свалишь отсюда.
Он начал меня нервировать, как если бы я сидел в клетке, а он меня дразнил, показывая кукиш.
— Надеюсь, ты понимаешь, что теперь я сделаю все возможное, чтобы не умыться кровью? — произнес я, с недвусмысленными намерениями надвигаясь на парня. Впрочем, он оказался не робкого десятка и воинственно толкнул меня в плечо.
— Я тебе больше ничего не скажу! — едва ли не переходя на визг, крикнул он, напрягая чуть согнутые в локтях руки. — Скажи спасибо, что я тебя предупредил! Сваливай из Кажмы, у тебя нет выбора!
Мне снова пришлось толкнуть парня на ствол. Он схватил меня за кисть и крепко сжал ее, демонстрируя силу. Не скажу, что вывернуть его руку мне удалось с легкостью. Парень, стиснув зубы, застонал от боли.
— Не надо разговаривать со мной грубо, — предупредил я, склонившись над ухом парня. — Иначе я подумаю, что это ты собираешься умыть меня кровью. И тогда я начну защищаться. К примеру, вот так…
Сам не знаю, что это на меня нашло. Я схватил свободной рукой парня за горло и сдавил пальцы. Он дернулся, его лицо исказилось, пальцы принялись судорожно царапать мое запястье.
— Понял, сынок? — удовлетворенно произнес я и несильно стукнул его головой в лоб, как делают алкаши, когда признаются в уважении друг к другу.
Только после этого я разжал пальцы. Парень словно переродился. Он сразу схватился за горло, стал отхаркиваться и массировать шею. От его агрессивности не осталось и следа. Он топТался по мокрому мху и смотрел на меня уже с испугом.
— При чем здесь я? — пробормотал он. — Я хочу тебе помочь…
— Так помоги!
— Уже помог! Тебе мало одного предупреждения?
— Кто мне угрожает?
— Я не знаю этого человека!
— Послушай, ведь я врунишек в два счета раскалываю!
— Я всего лишь предположил, что тебе может быть хреново!
— Предположил? А на основе чего ты предположил?
— Да что ты мне допрос устроил? Я, между прочим, тоже должен о своей безопасности подумать. Ты свалишь отсюда, а мне здесь жить!
— Давай я побеспокоюсь о твоей безопасности!
— Спасибо, лучше о своей побеспокойся. А я обойдусь без медвежьей услуги.
— Ну, ты можешь хотя бы сказать, откуда мне ждать опасности?
— Не знаю!
— От Белоносова?
— Всё! Интервью закончено! — отворачивая от меня лицо, выкрикнул парень.
Я понял, что даже если снова начну душить его, он вряд ли скажет мне что-либо вразумительное. Он был уверен, что его откровения со мной куда более опасны, чем мои пальцы на его горле. К сожалению, у меня не было веских аргументов, чтобы разубедить его в этом. Раздосадованный, я сломал тонкую, как плеть, ветку орешника и, щелкая себя по ногам, пошел обратно. Когда я вышел на трассу, толпа школьников со свистом и восторженными воплями продиралась через лес где-то намного выше столба. Убедившись в отсутствии контроля, они безжалостно срезали дистанцию, на практике применяя знания о кратчайшем расстоянии между двумя точками.