Лора Павлов
Запретный король
Никогда не бойся крепко держаться за свои мечты. Большие они или маленькие — это твои мечты, и только твои. Найди одуванчик и загадай желание…
И никогда не переставай верить.
“Для одних это сорняк, а для других — исполненное желание.”
Пролог Кингстон
ДЕСЯТЬ ЛЕТ НАЗАД
Я не мог уснуть. Мысли о Ривере и Ромео, запертых в центре для несовершеннолетних, не давали мне покоя. Я не мог выбросить из головы, как там мой брат и наш лучший друг. Они оба делали вид, что держатся, и я тоже, но я знал — им чертовски страшно.
А еще Хейса с его сестрой Сейлор забрали из дома. Этот бардак становился все хуже.
— Мам! Нет! — пронзительный крик Сейлор подбросил меня с кровати. Я кинулся в комнату напротив. Распахнул дверь — она билась на кровати, словно боролась за свою жизнь.
В последнее время, казалось, мы все боремся.
— Сейлор. Сейлор, эй. — Я сел на край ее кровати, положил ладонь на ее предплечье. — Все хорошо. Это я, Кинг. Я здесь.
Она вскинула руки к лицу, пытаясь закрыться, и у меня сжалось сердце.
Она была до смерти напугана. Это злило меня до чертиков.
— Эй, эй. Посмотри на меня. Я никому больше не дам тебя обидеть, понялa? — прошептал я, когда ее безумные глаза встретились с моими. Она несколько раз моргнула, сбивчиво дыша, а тонкая пленка пота блестела на ее лбу в свете луны, пробивавшемся сквозь окно из комнаты Ривера.
— Кинг? — Она назвала мое имя вопросительно, и в ее голосе звучал страх.
— Да. Я здесь. Все хорошо. Тебе просто приснился кошмар.
Она стерла слезу тыльной стороной ладони и отвела взгляд. Она всегда была немного застенчивой — слишком доброй для этого мира. Младшая сестра моего лучшего друга Хейса — она была семьей.
И точка.
Она прочистила горло:
— Извини, что разбудила. Все нормально.
Я взял ее за подбородок и повернул лицо к себе:
— Тебе не обязательно быть в порядке. Все, что происходит, тяжело переварить. Хочешь рассказать, что приснилось?
Ее длинная светлая коса лежала на плече, голубые глаза снова встретились с моими.
— Просто… Я не могу поверить во все, что произошло за последние недели, понимаешь? А теперь я здесь. Мне неловко, что твои бабушка с дедушкой приютили меня, и я переживаю за Ривера с Ромео. За маму. За Хейса.
У нее задрожал подбородок, я провел рукой по выбившейся пряди с ее красивого лица.
— Все будет хорошо. Обещаю. — Я улыбнулся, стараясь приободрить. Это был мой конек — искать хорошее даже в самой дерьмовой ситуации. Меня это всегда спасало, и я хотел помочь ей.
— Моим бабушке с дедушкой тоже тяжело — им больно, что Ривера отправили в это адское место. А ты — лучик солнца в этом доме. Им легче, когда ты рядом.
Она кивнула, закусив губу, а потом слезы полились по ее щекам. Я не ожидал. Притянул ее к себе, прижал к груди, давая выплакаться. Я не имел большого опыта общения с плачущими девушками — обычно девчонки крутились вокруг меня ради флирта или секса. Все было легко, весело, поверхностно.
Так мне нравилось.
Что сказать — я пятнадцатилетний озабоченный подросток. Ладно, скоро будет шестнадцать.
Я гладил ее по спине, вдыхая этот ее чистый, добрый запах. Сейлор Вудсон была добра до самого нутра.
Умная, красивая и невероятно милая.
И младшая сестра Хейса. Самого важного человека в моей жизни.
У нас был договор. Мы пятеро: Ривер, Ромео, Хейс, Нэш и я.
До конца вместе.
Мы были как братья. Я пообещал Хейсу, что буду защищать его сестру, пока она живет у нас. Бабушка с дедушкой не могли взять и ее, и Хейса. Нэш жил один с отцом, а его отец не хотел брать на себя заботу о подростке-девочке, поэтому их пришлось временно разделить.
Да и нас всех, по сути, тоже.
Но это было лучше, чем жить у чужих людей.
— Мне не стоило тогда вызывать полицию. Если бы не это, ничего бы не случилось. Просто я испугалась, потому что Хейса не было дома, и некому было разнять их, — прошептала она сквозь всхлипы. — Я думала, Барри ударит маму. Я считала, что поступаю правильно.
— Ты все сделала правильно, Сейлор. Хейс тобой гордится, черт побери. — Я продолжал гладить ее волосы, прижимая к себе.
— Наверное, мне стоит радоваться, что полиция приехала сразу после Хейса. А то он бы убил Барри, и его отправили бы туда же, куда Ривера с Ромео, — всхлипывая, продолжала она. — Мы знали, что случилось что-то серьезное, но Хейс не рассказывал подробностей. Барри ударил Сейлор как раз в тот момент, когда Хейс вернулся домой и сорвался. К счастью, полиция приехала почти сразу. Их обоих увезли и собирались отправить в систему опеки, но как только Хейс позвонил мне и Нэшу, мы подключили свои семьи. После двух дней в приемной семье, Сейлор приехала сюда, а Хейс остался у Нэша.