— Это из-за этого у тебя кошмары? — спросил я, когда она отстранилась и попыталась отдышаться.
— В каждом сне вижу Барри. Этот безумный взгляд. То, как он повернулся ко мне, когда я пыталась оттащить его от мамы. Я так испугалась, Кинг. Я не могу уснуть, не видя его лицо. Уже несколько дней не сплю — ужасно устала.
— Знаю. А если я останусь с тобой на ночь? Лягу здесь и ты будешь знать, что рядом безопасно.
— Это так неловко. Мне же скоро четырнадцать. Я не должна бояться темноты. — Она покачала головой, будто старалась доказать, что справится.
Передо мной.
Перед собой.
Я не знал. И это было неважно.
Сейлор Вудсон не должна быть сильной ради меня.
Я прошел бы сквозь огонь, лишь бы она была в безопасности.
Я взглянул на стопку зеленых стеблей на ее тумбочке, она проследила за моим взглядом.
— Это одуванчики, на них можно загадывать желания. Думаю, если загадать достаточно много, одно из них обязательно сбудется.
— Конечно сбудется. Ложись давай. Я рядом. Никто об этом не узнает. Это будет наш секрет, договорились? — Я лег рядом с ней, и мы оба повернулись лицом друг к другу.
— Спасибо, Кинг. Завтра все будет хорошо. Я справлюсь. Просто сейчас мне страшно за всех.
— Да. Я тоже, — ответил я. — Ты мне даже помогаешь, потому что я тоже не мог уснуть.
— Ты тоже переживаешь, да?
— Да. На следующей неделе меня пустят к ним в гости. Эти две недели были самыми длинными в моей жизни. Я почти не спал. А еще переживал, что тебя с Хейсом заберут в систему опеки. Теперь, когда ты здесь, а Хейс у Нэша — мне намного легче.
— Мне тоже. Хотелось бы только, чтобы Ривера с Ромео тоже можно было вытащить.
— Да. Просто не верится, сколько всего навалилось.
— Хейс сказал, что они этого не делали. Что все подстроил Слейд Кроуфорд, да? — прошептала она.
— Так и есть. А у его семьи столько денег, что они не знают, куда их девать. Как думаешь, кому поверят? — я сжал зубы. Я все еще был чертовски зол на все это дерьмо. Этот богатый ублюдок грабит Daily Market, толкает мужчину, калечит его, а потом сбегает и подставляет двух невиновных ребят, которые теперь мотают срок в спецприемнике?
Это было полное дерьмо.
— Это несправедливо, — сказала она, и в ее голосе слышалась усталость.
— Несправедливо. Но мы должны держаться ради них. Если мы с тобой не будем спать — это не вернет их обратно и не ускорит твое возвращение домой.
Она придвинулась ко мне ближе.
— Я уже не знаю, где мой дом. Мне страшно возвращаться туда. Но и без Хейса быть тяжело. Я должна знать, что с мамой все в порядке. А стоит закрыть глаза — вижу Барри.
Я нащупал ее руку и взял ее между нашими телами.
— Я с тобой, Сейлор. Я никому не позволю тебя обидеть. Обещаю.
Она сжала мою ладонь, а я прижал ее к себе.
И не отпускал ее руку, пока не услышал, как замедлилось ее дыхание.
Ее грудь ровно поднималась и опускалась рядом с моей, и в этом было что-то успокаивающее.
Последние недели я сам был немного потерян. И если честно, именно сейчас, здесь, рядом с Сейлор, я чувствовал себя спокойнее, чем за все это время.
Может, забота о младшей сестре лучшего друга — именно то, что мне сейчас нужно.
Она нуждалась во мне. И, возможно, как ни странно, я тоже нуждался в ней.
1 Сейлор
наши дни
— Ладно, я понесу чай и встречусь с Нэшем и Кингом, — сказала я, не в силах скрыть волнение.
— Не могу поверить, что ты наконец начинаешь ремонт в книжном, — сияла Деми.
Уже несколько месяцев я работала в кофейне Magnolia Beans, которой владела Деми. Чтобы открыть свой книжный магазин, мне пришлось пройти через кучу бюрократических затычек — оформить лицензию, получить банковский кредит, отложить как можно больше денег на жизнь. И вот сегодня — тот самый день.
— Ты выглядишь, как настоящая бизнес-леди, — заметила Пейтон. Она тоже работала в Magnolia Beans и параллельно училась онлайн на магистратуре по педагогике. Скоро она должна была закончить, и тогда Деми придется искать новых сотрудников — я перебиралась в магазин по соседству, а Пейтон возвращалась в класс.
Я опустила взгляд на свой белый топ и джинсовый комбинезон.
— Это по-вашему деловой стиль? — рассмеялась я.
— Скажи ей, Руби. Дело не в одежде, а в женщине, которая ее носит, — сказала Пейтон.
Руби хихикнула. За последние месяцы мы вчетвером стали настоящими подругами, и я ни разу не пожалела, что вернулась домой — в Магнолия-Фоллс. Здесь у меня были друзья. Настоящие. Здесь был мой брат. Я открывала свое дело.