— Похоже на то, Руби.
— Черт. Я думала, пришла сюда вправить тебе мозги, а в итоге ты вправил их мне.
— Не знаю, насчет этого.
— Не запускай это, Кинг. Все взлетит на воздух, если вы не разберетесь как можно скорее. Твой брат уже что-то заподозрил. И Демми — тоже. Вы с Сейлор не такие скрытные, как вам кажется. Это невозможно не заметить, когда мы находимся в одной комнате. Хейс просечет в два счета. И ему нужно дать понять, что ты не пользуешься ее доверием.
— Я знаю. Я собирался поговорить с ней об этом. Мы оба пытались разобраться, что у нас… Ждали, что один из нас устанет от другого, — сказал я, больше не притворяясь, будто речь идет не обо мне. — Но я не устаю от нее. Я по уши в ней. Она — все, о чем я думаю. И я не могу рассказать об этом никому, потому что чувствую себя предателем.
— Тебе нужно расставить все по местам. Сначала — поговорить с Сейлор. Потом — с Хейсом. В таком порядке. Сначала она должна узнать, что ты к ней чувствуешь. А потом она должна понять, что ты обязан проявить уважение и поговорить с ее братом. Он классный парень, Кинг. Он поймет, если это от сердца.
Я закрыл глаза и шумно выдохнул.
— Я знаю. Просто… я не хочу все испортить.
— Начни с честности. Скажи ей, что чувствуешь. Убедись, что она чувствует то же самое — а она, очевидно, чувствует. Но этот разговор должен состояться. Она ведь ночует у тебя каждый день с тех пор, как приезжал Барри. А мы все знаем, что он уже не угроза. Тебе нравится, что она рядом. Ей нравится быть рядом. Так что поговори с ней, наконец. А потом будь взрослым человеком и иди к ее брату, чтобы сказать, что ты влюблен в его сестру.
— Ты это так просто говоришь.
— Поверь, быть уязвимым — никогда не просто. Но любить кого-то… это того стоит, Кинг.
Я кивнул.
Я знал, что она права.
Любить Сейлор было легко.
А вот убедить ее брата, что я достоин ее, — вот это будет непросто.
25 Сейлор
— Сейлор? Ты дома? Пахнет чертовски вкусно, — раздался голос Кингстона из прихожей.
Я тихонько усмехнулась:
— Ага. Я же сказала, что собираюсь приготовить тебе ужин.
Он вошел на кухню как раз в тот момент, когда я дорезала хлеб.
Черт.
Белая футболка, джинсы… И выглядел он так потрясающе, что порой у меня перехватывало дыхание просто от того, что он рядом.
— Мне нравится видеть тебя на моей кухне, Одуванчик.
А мне нравится быть на твоей кухне.
В твоем доме.
В твоей жизни.
— Что ты готовишь? — он обнял меня сзади и запрокинул мою голову, чтобы поцеловать.
Это уже давно не интрижка.
Это были настоящие отношения. Лучшие, что у меня когда-либо были.
И сегодня я хотела об этом поговорить.
— Ты же знаешь, я люблю темы, — выдохнула я, отстраняясь от его губ.
— Да. До конца я все еще не понимаю, что это значит, но понемногу разбираюсь.
— Ну вот. Тема сегодняшнего вечера — фондю. У нас сырное фондю без молочных продуктов и куча всего, что можно макать — от хлеба до стейка и овощей. А потом будет шоколадное фондю — с кексом, бананами и зефирками.
— Черт, детка. Ты уже покорила меня сыром без лактозы, — рассмеялся он и пошел к раковине мыть руки.
Я отнесла последний поднос с хлебом к столу, где в центре стояла кастрюля с горячим сыром. Шоколадное фондю стояло на кухонном острове — я перенесу его позже, когда будем готовы.
— Как прошел день на работе? — спросила я, когда он сел рядом. Протянула ему маленькую вилку и сама обмакнула кусочек хлеба в сыр, подула на него и положила в рот. Кингстон выглядел абсолютно очарованным всем происходящим. — Ты никогда не ел фондю?
— Нет. А ты делаешь это так чертовски сексуально — все это подмигивание и обдувание хлеба. Черт. Я обожаю фондю, — он обмакнул кусочек стейка, не дожидаясь, откусил и застонал от удовольствия. — Работы было много, как обычно. А у тебя как?
— Хорошо. Я улизнула пораньше, чтобы забрать Катлера из школы. Он пришел в магазин, делал уроки и просто был со мной. Было так приятно. Мы съели лимонные пирожные от Демми, и он рассказал мне о всем, что у него было за день, пока Нэш не приехал за ним.
— Почему ты так лукаво смотришь, будто знаешь что-то, чего не знаю я? — он положил в рот кусочек хлеба, наклонился и стал щекотать меня, а потом потянул на колени.
— Скажем так… у Бифкейка появилась девушка. Но никому не говори — это секрет.
— У Бифкейка еще одна подружка? Господи, сколько у него может быть дам? — он поднял вилку с кусочком филе-миньон, покрытым растопленным сыром. — Попробуй.