— Я сейчас, скоро…
И действительно, получилось скоро — минуты не прошло. Варя захлопнула книгу, осторожно положила на стол и продолжила разговор с того места, на котором он оборвался несколько минут назад.
— Какая еще мантра, Владимир Эрнстович? — сказала она. — Нормальная книга, правильно ее на Букера выдвинули, жаль, что не мы. И предисловие хорошее, договор мы, конечно, подпишем. А сейчас давайте чаю попьем, совсем в горле пересохло.
Чай они пили, сидя в низких креслах за журнальным столиком в углу комнаты, чтобы не мешать девочкам, которые все равно больше смотрели в их сторону, чем занимались работой.
— Слабый сегодня чай, — сказала Варвара, — и тортик какой-то безвкусный. Я понимаю, что ваша книга — пароль, пропуск… Зачем вы это так со мной… Не нужно было сразу… Я не… Нет, не так — я хочу, чувствую, что хочу, но не в Элинор… У меня — другое, и пароль иной должен быть, и дорога иная…
Она говорила тихо, убежденно. Мерсов не понимал — говорила ли эти слова Варя, которую он хорошо знал, или кто-то, кем она еще была, или, может быть, это пытался выразить свои мысли некто, у кого вообще не было в запасе человеческих слов, как нет слов в запасе у лавы, вытекающей из кратера вулкана, или у солнечного протуберанца, осознавшего себя в жутком одиночестве межпланетного пространства.
Мерсов положил ладонь на тонкую руку Варвары. Он не то чтобы жалел сейчас о том, что позвал девушку в мир, для осознания которого она не была готова. Ему хотелось помочь ей, а он не мог, он ничем сейчас не мог ни помочь ей, ни даже подсказать, как и где найти нужную ей помощь.
А если она не выдержит? Ресовцев был сильным человеком и решил проблему сам, и они с Жанной решили свои проблемы, но им было легче, так получилось, что они оказались вместе в этом мире, как пальцы одной руки. А что в других измерениях у Варвары? Может, ураган на далекой планете, которому и дела нет до Вариного душевного спокойствия…
Она допила чай, поставила чашку на столик, не рассчитав движения. Чашка покатилась и, еще не докатившись до края столика, развалилась на три неравных части, ручка осталась в пальцах Варвары; Мерсов это видел, а девушки, смотревшие из-за своих столов, видеть не могли, и хорошо, меньше разговоров. Осколки чашки, упав на пол, разбились и почему-то почернели, будто побывали в пламени.
Варя аккуратно положила на столик фаянсовую ручку и сказала Мерсову:
— Спасибо. Вы правы. Со мной нужно было именно так — раз, и в воду. Владимир Эрнстович, предисловие мы, конечно, в книгу вставим, без предисловия «Элинор» все равно что сложный шифровый замок без кода, но неужели вы думаете, что это действительно нужно публиковать? Чтобы прочитавшие…
— Стали тем, кто они на самом деле, — продолжил Мерсов. — Да, конечно.
— Книгу могут прочитать плохие люди, — убежденно сказала Варвара. — Они…
— Эдик… Ресовцев, автор «Элинора», то есть я… впрочем, неважно… Я уже думал об этом. И потому книга получилась такой, какая есть.
— Это ваша книга, понимаете, Владимир Эрнстович, — продолжала Варвара, не дослушав Мерсова и, похоже, не расслышав ни одного сказанного им слова. — Это ваша личная книга, и только вы можете понять все, что написали. Не слова, не конструкции слов и предложений, но каждую мысль, которая за ними стоит, и каждый мир, который стоит за мыслью. Для других… для меня тоже, пока я не прочитала предисловие… это просто текст, местами великолепный, местами занудный, но в целом очень приличная литература, раньше вы так хорошо не писали… А сейчас…
— Да-да, — подхватил Мерсов, — что сейчас?
Варвара подобрала с пола осколки, бросила в корзину для мусора, а ручку от чашки почему-то положила в сумочку, пошарила там. Не глядя, достала помаду и принялась красить губы, молча и сосредоточенно.
— Что сейчас? — повторил Мерсов.
— Мне нужно идти, — сказала Варвара, повесила сумочку на плечо и пошла из комнаты, кивнув сидевшим за соседними столами девушкам. — Вы тут сами как-нибудь…
— А договор? — крикнул Мерсов вслед.
— Скоро принесут текст, — сказала Варвара, стоя в дверях, — вы подпишете, а дальше не ваши проблемы.
Кто принесет? — хотел спросить Мерсов. Какой текст? Варя ни с кем не говорила после того, как прочитала предисловие к «Элинору».
— Что это с Варькой? — спросила из-за соседнего стола Белла Константиновна, редактор серии «Двойной удар». — Она от вас сбежала, Владимир Эрнстович?
— Варя сейчас вернется, — пробормотал Мерсов, — велела подождать.
— Наверно, вспомнила, что утюг не выключила, — объявила Белла Константиновна. — На прошлой неделе Варька уже спалила столик на кухне, а все потому, что с Юликом у нее проблемы. Совсем глупая, думает, что для Юлика она, как свет в окошке…