— Бежим! — скомандовал не Олег, когда шум двигателя стих за воротами больницы.
Марина приподнялась в грязной жиже, заполнявшей дно оврага, и, согнувшись в три погибели, чтобы оставаться невидимой с дороги, не отряхиваясь, поспешила за парнем. По дну оврага они добрались до развилки.
— Сидите тихо, я выберусь, осмотрюсь.
Марина послушно прижалась к крутому склону. Куртка и джинсы были безнадежно перепачканы, в коротких сапогах хлюпала вода. Она попыталась отряхнуться, но только размазала грязь по светлой ткани.
— Вылезайте! Проехала больничная «Газель».
Не Олег протянул руку и помог Марине выбраться на дорогу.
— Ну и ну, — сказал он, оглядев ее с ног до головы. Свою кожаную куртку он уже тщательно вытер снегом, а на черных джинсах грязь почти не была заметна. — Что же мне с вами делать? Лицо хотя бы вытрите.
Марина набрала в руки снега.
— Я не взяла с собой зеркальце.
Он зачерпнул пригоршню снега и обтер ее лицо.
— Чувствую, намучаюсь я еще с вами. А ну покажите, с собой у вас банковская карточка?
Марина засунула руку во внутренний карман куртки и извлекла оттуда карточку.
— Ну, ладно, хорошенько уберите и не потеряйте. Двинемся в сторону Приозерска, там есть сберкассы, значит, должны быть и банкоматы, и будем надеяться, что найдется круглосуточный. Сейчас темно, никто не обратит на нас внимание.
Марина посмотрела на указатель и прошептала:
— Но до Приозерска двадцать пять километров! Мне не дойти, я вся мокрая.
— Как не дойти?
Марина молча покачала головой.
— Ладно, если повезет, остановим попутку.
— Если поймать машину, то можно еще успеть на последнюю электричку до Петербурга, а уже там…
Не Олег перебил ее:
— В Приозерске тоже есть банкоматы.
Они молча пошли по шоссе. Изредка мимо них проезжали легковушки. Не Олег тормозил только грузовики, но они поздно вечером попадались не часто. Наконец, им повезло. Пожилой водитель «КамАЗа», возвращающийся в Приозерск порожняком, с легкостью за сотню согласился довезти их.
— Как это вы здесь оказались в такое время?
Не Олег, нехотя, ответил:
— Машина заглохла.
— Что ж, неужто, бросили?
Он кивнул.
— Это вы зря. До утра разденут. Надо было на тросе вывозить. Зря бросили, зря. Здесь такой народ — до утра все посымают. — Шофер проявлял явную заинтересованность к несуществующей машине. — Далеко ль застряла? А то и я бы мог…
— Завтра эвакуатор вытащит, — не Олег попытался остановить деда.
— Неаккуратно, ой неаккуратно, назавтра, может, нечего эвакуировать будет.
— Отец, не хлопочи, устали мы.
— Да и то смотрю, жинка твоя на ногах не держится. Эх, не сидится людям дома… Откуда вы сами-то будете, из Петербурга, небось?
Марина слышала, как не Олег все больше и больше увязал в расспросах деда, но у нее не было сил помочь ему. Вдруг машина резко остановилась, и дед, чертыхаясь, открыл дверь.
— Предъявите документы, — сердито скомандовал молодой здоровенный гаишник.
— Ой, напужал. Смотри, смотри, все в порядке.
— Что в кузове?
— Да несколько досок. — Водитель, кряхтя, выпрыгнул из кабины и пошел открывать кузов.
— А кого в кабине везешь?
— Попутчиков взял, чтобы веселее было. Машина у них застряла, надо же людям помочь до города добраться.
— Ваши документы, пожалуйста, — гаишник открыл дверь кабины с Марининой стороны.
Она замерла. Ее документы остались в больнице.
Не Олег хмуро огрызнулся:
— С какой стати? У хачей проверяй.
А почему одежда такая грязная?
— Я ж тебе уже говорил, что машина у них застряла, потому и грязные. Чего к людям привязался?
— Ладно, езжайте, — нехотя отпустил их гаишник.
Дед, ворча, сел за руль.
— Бандитов бы ловили лучше. — Отъехав от поста ГАИ, он успокоился и уже совсем другим тоном спросил у парня: — Как звать-то тебя? Меня Кузьма Петрович. Можно Петровичем.
— А меня можешь звать Григорием.
— Племянник у меня Гришка. — Дед помолчал немного и спросил: — Ну, где вас высадить, а то уж скоро Приозерск?
— У вокзала, наверное, — сказал Григорий.
— У вокзала? — с сомнением повторил дед. — Последняя электричка ушла в девять тридцать, а до утра сидеть не позволят, у нас теперь с этим строго.
— Отец, а у тебя нельзя переночевать?
— В доме негде, изба у меня тесная, вот разве что на сеновале.
— Можно и на сеновале.
Дед остановил свой КамАЗ перед почерневшей от времени покосившейся избой. Зашел в дом, вытащил из сеней лестницу, приставил ее к лазу под крышей и махнул рукой: