Слишком ярко ощущалось все, это вызывало глухое раздражение.
И все-таки. Дав этой девице шанс, он намерен был сдержать свое слово.
***
Совещание прошло в обычном режиме. Общие вопросы, доклады, небольшой утренний инцидент как-то затерся. После окончания Вадим отпустил всех, кроме личной помощницы. Нужно было прояснить кое-что. Теперь в кабинете с ним осталась только Любовь Марковна. Ее Захаров справедливо считал проверенным сотрудником, несколько лет она с ним, и за это время ни одного серьезного прокола.
Некоторое время в кабинете висело молчание, мужчина рассматривал свои руки и мысленно подбирал форму, в которую следовало облечь интересующий его вопрос. Видя, что молчание затягивается, Любовь Марковна предложила:
- Вадим Тимурович, может быть, сварить вам кофе?
Это как раз подсказало нужную тональность. Захаров взглянул на нее и спросил:
- Кстати, о кофе. Любовь Марковна, я просил вас присмотреться к новой сотруднице. Каково ваше мнение?
У той проскочил неуловимо быстрый взгляд, потом личная помощница неуловимо подалась вперед, на лице обозначилась улыбка.
Соблазн сказать все как есть, был велик. Так велик, что Любовь Марковна еле сдержалась. Но ведь она давно работала с Захаровым и знала его достаточно хорошо.
Он притащил сюда эту Новикову по каким личным причинам. Значит, у него есть интерес. Неважно какой.
На самом деле, было важно! Так важно, что ее сейчас от ревности и желания урыть к чертовой матери соперницу просто корежило. Женское сердце не обманешь, оно всегда остро чувствует измену.
Эта молодая да ранняя Новикова метила на ее место.
С х*ра ли она должна была уступить ей? От желания одним ударом устранить конкурентку сводило горло. Но Любовь Марковна была умной женщиной. Понимала, что сейчас нельзя допускать истерик и промахов. Потому что каждая допущенная ею ошибка будет работать против нее.
Захаров властный и авторитарный руководитель, любая инициатива должна исходить только от него. А она – его личная помощница. Ей следует быть доброжелательной и лояльной, не ставить Захарова в тупик, не доставлять дискомфорта.
И нет, прямо сейчас топить соперницу не стоило, гораздо важнее было сохранить доверие босса. А эта девица сама себя утопит, нужно только ненавязчиво помочь Захарову своими глазами увидеть все ее лядское ничтожество.
Поэтому Любовь Марковна улыбнулась и мягко проговорила:
- Новикова, конечно, немного сырая. Но она старается.
Сказала это и пристально следила за реакцией.
Кажется, попала. Захаров медленно выдохнул, у него проскочил странный взгляд, он даже сместился в кресле. Незначительно, но для него уже и это было слишком явным проявлением эмоций. А после он подвигал папки на столе и произнес, вскинув на нее взгляд:
- Хорошо. Я доверяю вашему мнению.
Это был именно тот ответ, на который она рассчитывала. Внезапное торжество и предчувствие успеха залили женщину, однако Любовь Марковна постаралась скрыть свою радость по этому поводу. Она кивнула, поднимаясь с места:
- Да, Вадим Тимурович, я сделаю все возможное.
Захаров продолжал смотреть на нее, как будто решал в уме что-то, наконец проговорил:
- Можете быть свободны.
Она уже шла к выходу, когда он окликнул ее снова.
- Передайте Новиковой, чтобы зашла ко мне.
Интонация. В ней был тщательно скрытый интерес.
Любовь Марковна буквально застыла на месте, чувствуя, как иглы впиваются в затылок, потом обернулась. Он слушал ее вообще, или был в каких-то своих мыслях? А Захаров уже не смотрел на нее, он писал что-то на листе бумаги. От ревности и негодования просто стиснулось горло.
- Я поняла, - проговорила она, склонив голову.
Как у нее в тот момент пригорало в душе! Но оставалось только уйти.
Выйдя из кабинета Любовь Марковна на секунду замерла, придерживая рукой закрытую дверь. Потом подошла к столу, за которым сидела эта девица, и сухо, без эмоций обронила:
- Зайдите к Вадиму Тимуровичу.
После этого она вышла.
И да, она намеревалась сделать так, чтобы Новиковой здесь не было. Испытательный срок? Эта выскочка вылетит отсюда как пробка. Но все должно происходить естественным путем, чтобы на нее не пало ни тени подозрений.
***
Алена еще некоторое время сидела в прострации. Внутри неприятно подрагивало. Нервы. Потом механическим жестом пригладила волосы и юбку, подошла к двери и постучалась.
***
Захаров ждал, ему казалось - долго. Но вот дверь приоткрылась, на пороге возникла девушка.