Просто он слишком привык видеть лицемерие. Предательство оставило в душе неизгладимый след, ему крайне трудно было довериться кому-то. А поверив, страшно болезненно обмануться.
Девушка смотрела на него, приоткрыв рот, боль и гнев все еще отражались в глазах. Вадим снова ощутил укол вины.
- А на обед вы можете выходить, не отпрашиваясь, это ваше законное время, - продолжил он, глядя на свои руки. - Только оставьте записку или еще как-то предупредите.
Густое молчание висело секунду, наконец она сказала:
- Спасибо.
И все.
Мало. Ему было мало этого!
Секунду еще стояла звенящая тишина, потом скрипнул стул.
- Вадим Тимурович, я… - она стала подниматься с места.
Теперь она уйдет? Нет! Ему не хотелось, чтобы она вот так уходила. Не сейчас.
- Что за лампочки? – спросил он, подаваясь вперед.
Прозвучало резко, даже агрессивно. Сам понял, услышав свой голос, и мысленно выругался, потому что девушка опять сжалась. Надо брать себя в руки, иначе он все испортит. Вадим заставил себя успокоиться, прокашлялся и спросил уже мягче:
- Вы сказали, что вам нужны были лампочки. Алена?
Он впервые назвал ее по имени. Вырвалось. Он не заметил сам. Оговорка по Фрейду?
Странное чувство внезапно затопило его, однако он подавил все и просто всматривался в нее, пытаясь… что? Найти отклик? Это было сейчас слишком личное, чтобы он мог объяснить себе, что искал.
Вадим молча смотрел на нее, а девушка наконец вскинула на него взгляд и неуверенно начала:
- Это…
Стушевалась и опустила глаза.
И снова молчание, пропитанное недосказанностью. А у него демоны подозрений опять зашевелились в душе и стали поднимать голову. Но он давил в себе это и терпеливо ждал.
- Мне немного неудобно, Вадим Тимурович.
- Ничего, - обронил он мертвым голосом. – Я слушаю.
- Сегодня перед обедом звонила мама, - она закусила губу и свела вместе пальцы. – Я знаю, все личные дела в нерабочее времся. Но поймите, Вадим Тимурович, для меня это было важно.
Опять эмоциональный всплеск. Как же она вытягивала из него жилы. Но внешне он был невозмутим.
- Можете не объяснять, - провел ладонью по столу. - Дальше.
- У мамы любимая люстра, такая… старая...
Теперь Вадим слушал, как она говорит про маму, и понимал, что в этом они похожи. Он тоже вывернулся бы из шкуры, если бы мама попросила о чем-то. В конце концов сказал:
- Достаточно. Напишите, что именно нужно и какой модификации.
- А?
- Запишите параметры и укажите адрес магазина. Я отправлю курьера, вам сегодня же до окончания рабочего дня принесут.
Она вскинула на него сияющий взгляд.
- Спасибо, Вадим Тимурович!
Впервые за весь сегодняшний день он наконец увидел в ее глазах то, что мучительно искал. Но слишком много смятения примешивалось, слишком много чувств. Мужчина невольно сглотнул, пряча глубоко внутри жадное желание снова ощутить ее рядом. Вызвал курьера и позволил ей убежать.
***
Уже оставшись один, Вадим долгое время смотрел в окно. Потом достал гаджет и набрал Руслана.
глава 13
Руслан был в раздрае весь день. После той встречи с Аленой – вообще.
Каково это, чувствовать себя идиотом? Когда ты предлагаешь помощь от чистого сердца, а тебя посылают?! Он сделал первый шаг, переступил через себя. Через все то, что по ее милости пережил.
Его же до сих пор корежило, стоило только подумать об этом. Даже сейчас, хотя уже столько времени прошло, он готов был себе глаза выдрать, лишь бы развидеть ту отвратную сцену. Как она с тем козлом в кладовке.
Алена тогда просто убила в нем все чувства, по ее милости он все круги ада прошел. Она его обманула и использовала. Предала. Но, млин…
Внезапно выясняются какие-то детали, о которых он понятия не имел. И это расшатывает, рушит уверенность в собственной правоте. И непонятно за что, ведь он в этой ситуации жертва.
Но даже не это больше всего выбивало его из колеи.
Реакция Алены. Он подошел к ней и хотел поговорить. Просто по-человечески проявить сочувствие. Руку ей первый протягивал. А она? Вместо того чтобы нормально воспринять, выставила его каким-то…
Почему он сейчас должен ощущать себя так, будто в чем-то виноват?!
Почему он вообще должен париться из-за этого?
Она сказала, ее отец умер от инфаркта. Но Руслан хорошо помнил, когда видел Дмитрия Новикова в последний раз на том дне рождения матери, тот был здоров как бык. Смеялся и водку жрал и потирал руки, что его дочь войдет в их семью.
Не совсем так. В душе он понимал. Поневоле лезли в голову воспоминания. И да, Руслан помнил родителей Алены, они держались особняком тогда, потому что… В общем, не их круга были люди на том дне рождения. Но оба, и отец, и мать Алены, искренне радовались, это видно было по лицам. И никто не казался больным.