Надо было бы его сейчас отправить. Потому что поздно и бессмысленно. Но дело в том, что ей теперь тоже трудно было открыто смотреть Руслану в глаза. Потому что она сегодня целовалась с его старшим братом.
Да, после всего, что произошло, они чужие люди. Руслан женат на другой, а она вообще теперь свободна и никак с ним не связана. Их больше нет. Но Вадим его брат. Это накладывало и на нее какой-то отпечаток вины.
Наверное, потому она не могла ему в этом отказать.
В конце концов, она тихо выдохнула в сторону и сказала:
- Хорошо. Но после этого ты сразу уйдешь.
Он впился в нее взглядом и очень серьезно кивнул.
В подъезд они входили молча.
А там – да, далеко до домов элиты, все обшарпанное. Но это как раз Алене было безразлично. Во-первых, Руслан бывал здесь и раньше, а во-вторых, ей нечего было стыдиться. И все равно ощущение неловкости такое, что хотелось закрыться. Пока ждали лифт, Алена взглянула на него искоса.
Он показался ей похудевшим и осунувшимся. Круги вокруг глаз, щетина, жест, которым он поправил волосы. Счастливым ее бывший жених точно не выглядел.
Пришел лифт. Скрипучий, тесный, они кое-как доехали до ее этажа, стоя почти вплотную. Но лифт дополз и дернулся, двери с лязгом открылись.
И вот тогда.
- У тебя будет пять минут, - проговорила она. – Постарайся маму не нервировать.
- А ты? – Руслан нахмурился. – Не войдешь?
- Войду, - Алена кивнула. – Но я подожду на кухне.
Молчание теперь, пока они шли к двери, и Алена отпирала ее своим ключом, было просто оглушительным.
Потом Алена ждала на кухне, не вслушиваясь, о чем Руслан говорил с ее мамой.
Через пять минут он вышел весь серый.
- Я не знал, - гулко сглотнул.
Беспомощный жест, что у него вырвался, был слишком красноречив.
- Теперь знаешь, - спокойно сказала Алена и подняла на него глаза. – Тебе пора.
Он упрямо нахмурился.
- Я буду помогать.
- В этом нет нужды, - отрезала Алена, уже жалея, что его впустила.
- Я. Буду.
Когда он наконец-то ушел, Алену трясло. Она даже не сразу пошла в комнату к маме. А та сидела на диване, смотрела на нее, губы кривились в неуверенной улыбке.
- Может быть, ты зря с ним так, дочь? Он показался мне искренним.
А ей просто припекло.
- Мама, - сказала она. – Он женат. И я больше не хочу об этом слышать.
Больше об этом разговор действительно не поднимался. Но мама странно косилась на нее весь ужин.
***
Вадим в тот вечер вызвонил и встретился кое с кем из уволенной прислуги, много лет проработавшей в особняке отца.
***
От дома Алены Руслан уехал не сразу. Он опять сидел там в машине под наполовину разбитым моргающим фонарем. Это уже стало гребаной системой.
Сидел там и доходил морально. То, что увидел, когда вошел в квартиру…
Он помнил Ленину маму цветущей. Немного полноватой, улыбчивой, лицо без морщин. Теперь она была вся изможденная, высохшая. Портрет отца Алены висел на стене в траурной рамке.
Да, он кое-как выдавил из себя эти слова, попросил прощения. Но теперь его просто накрывало от чувства омерзения к себе, от досады, стыда. Ему казалось, что внутри – как крематории - сгорает что-то, оставляя после себя горький привкус пепла.
Телефонный звонок выдернул его из размышлений.
Он резко дернулся и провел ладонью по лицу, потом поднял смартфон к глазам, взглянул на высвечивавшийся контакт. Ничего никуда не делось, он по-прежнему ощущал опустошение. Но зуммер шел и шел, наконец он принял вызов.
- Да, мама, - ответил, глядя сквозь лобовое стекло.
- Рус, сынок, ты где?
- Я в городе, мама. По делам.
- Мм, а я тебя ищу.
- Ты что-то хотела, мама? – спросил он.
Ласковый и полный заботы голос матери его не обманывал, ей что-то от него было нужно.
- Ты не мог бы заехать?
Кто бы сомневался, что мама с ее талантом сглаживать все острые углы никогда не скажет прямо, даже если ей что-то нужно. Но подведет к тому, чтобы инициатива исходила как будто не от нее. Замечательное умение.
Он мог бы сказать, что торопится домой, где его любимая молодая жена заждалась. Любимая? Мрачный хохот звучал в душе. От Полины было пять пропущенных, он не хотел трубку брать. Всего несколько месяцев прошло, а его брак уже трещал по швам, Руслан НЕ ЗНАЛ, зачем вообще на Полине женился. Как будто все произошло в каком-то помрачении ума.
Он многое мог бы сказать, но просто спросил:
- Когда?
- Прямо сейчас. Поговорить надо.
Поговорить. Сразу всплыли все эти семейные разговоры, наезды отца. Достало. Руслан глухо обронил:
- Хорошо.
Завел двигатель и поехал в дом родителей.