- Я… - начал он и остановился.
***
Говорить Вадим не мог, слова не шли, мозги отшибло напрочь. Как подросток. Он хотел спросить, как она. Но нет, он хотел спросить о большем.
«Ты помнишь все? Ты думаешь об этом? Хочешь?! Скажи!»
Потому что сам не думать не мог. Он хотел повторения. Так хотел, что аж горела кровь. Закрывал глаза и снова погружался в это. Нетерпение, мучение ждать до утра, когда он снова ее увидит. Вечность.
Но он не мог выплеснуть на нее сжигавшую его жажду. Не по телефону. Пришлось собраться. И да, он кое-что узнал.
Кое-что важное.
Человек, с которым Вадим виделся сегодня, работал в доме его отца, еще до того, как тот развелся с его матерью. И многое помнил. Разумеется, когда зашел разговор о том, что случилось тогда, и почему произошел тот грязный скандал, ставший причиной развода, он ответил весьма уклончиво:
- Давно было, разве ж я упомню? Пожалейте старого.
По взгляду Вадим понял, что не скажет. Тогда он спросил о другом.
- Помнишь, тогда отец принял нового охранника?
Это было как раз незадолго до того происшествия. Вадиму было тогда шесть лет, но этот момент он помнил. Убрали одного из старых охранников, к которому он привык, и заменили новым. Ему этот мутноватый тип показался неприятным.
Ответ прозвучал неожиданно.
- Почему не помню? Помню.
Мужчина прищурился и отвел взгляд. Тут, конечно, возможен был личный мотив, Вадим хотел уточнить, но мужчина сказал сам:
- Если вы про тот день, то в тот день я видел, как Солнцев говорил с новым охранником и что-то ему дал. Они не знали, что я там рядом, я за гаражом копался. И, кстати, того официанта, из-за которого недавно сыр-бор был, я тоже с Солнцевым видел.
Вадим просто обомлел, как это услышал.
Он до сих пор переваривал и охреневал. Если все так, то это будет война. Но нельзя было очертя голову бросаться обвинениями. Надо было собрать данные, чтобы наверняка.
***
Сейчас он ехал с той встречи обратно. И просто невмоготу стало, необходимо было услышать ее голос. Потому и позвонил.
В конце концов, он все-таки сказал Алене:
- Я кое-что узнал. Но об этом завтра с утра.
Узнал? И потому позвонил ей поздно вечером?
Алена пробормотала:
- Да, конечно.
Потом он пожелал ей спокойной ночи. И все.
Какая уже теперь спокойная ночь? Когда ее словно волной несло от переполнявших ее чувств. Сердце в груди не умещалось, стыдно было взглянуть на себя в зеркало, потому что щеки горели, а глаза…
Спать после этого?
Что самое удивительное, что Алена заснула. Мгновенно, как только голова коснулась подушки. И проспала до самого утра, а когда проснулась, чувствовала себя счастливой. Впервые за последние несколько месяцев.
На работу она летела воодушевленная, никакие утренние пробки не могли испортить настроения. В приемной оказалась даже раньше, чем обычно, все упорядочила, включила, подготовилась. Но у нее еще оставалось время, Алена решила прибраться.
Взяла влажную флисовую салфетку и стала протирать пыль. Как раз в этот момент в приемную зашла Любовь Марковна и застала ее за этим занятием. На лице личной помощницы обозначилась тонкая улыбка.
- Решили совместить еще и должность уборщицы? Похвально, Новикова, - проговорила как бы непринужденно и двинулась к столу, покачивая бедрами.
Нет, настроения это ей не могло испортить. Алена выпрямилась, но салфетку из рук не выпустила.
- Вы что-то хотели, Любовь Марковна?
- Да, - кивнула та. – Вадим Тимурович на месте?
Алена выразительно посмотрела на закрытую дверь кабинета, потом перевела взгляд на личную помощницу.
- Вадим Тимурович приходит позже, - ровно произнесла, глядя ей в глаза.
Уж кто-кто, а Любовь Марковна должна была знать, что Вадим Захаров приходит каждый день ровно в одно и то же время. Потому что он пунктуален и терпит опозданий.
- Если у вас что-то срочное, оставьте на столе, - сказала Алена. - Я ему передам.
У той во взгляде проскочило нечто, весьма похожее на ярость. Однако личная помощница в лице не поменялась, только едва заметно дернулся уголок губ, стремительно развернулась и направилась к выходу.
И чуть не столкнулась в дверях с Вадимом Захаровым. Он только рефлекторно выставил вперед руку, избегая столкновения. Но смотрел при этом на Алену.
А у нее сердце заколотилось от радости.
Он… Сегодня пришел раньше?
- Ах, извините, Вадим Тимурович, - совсем другим голосом запела личная помощница.
- Ничего.
- Вадим Тимурович…
- Позже, - он отодвинул женщину в сторону и прошел к секретарскому столу.
Замер на миг, в глазах какой-то темный огонь.
- Алена, зайдите, - проговорил отрывисто. – Сварите мне кофе.