Вадим привычно затолкал вглубь эмоции и направился к себе. За столом в приемной уже сидела Алена, увидела его, покраснела, в глазах буквально зажглись звезды. Он слегка завис, однако заставил себя встряхнуться и вошел в кабинет.
Там он обосновался за столом. Дал себе минуту окончательно успокоиться, а после вызвал по внутреннему личную помощницу:
-Любовь Марковна, зайдите ко мне.
О чем может думать женщина, у которой рушится все, что она так старательно строила? Жизнь, планы, карьера. Из-за одной маленькой ошибки. Оплошности.
Спешки!
Нельзя спешить, сама же знала…
А она поспешила. Фактически собственными руками принесла приблудной сучке на блюдечке ВСЕ. Надо было слушать Солнцева, не лезть, не выпячиваться…
Любовь Марковна сидела за столом и смотрел в одну точку. Но разум не признавал поражения. Проиграла?
Нет, это еще был не конец, совсем не конец. Должна же быть какая-то справедливость. Она еще поборется. И тогда посмотрим. Любовь Марковна была личной помощницей Вадима Захарова почти пять лет, и как никто знала, насколько этот мужчина нетерпим и подозрителен.
Вызов по внутреннему резанул по нервам. Она вздрогнула, услышав голос Захарова.
«…зайдите ко мне»
Мороз по шкуре. В первое мгновение был шок, хотя она этого ждала. В следующее – адреналин хлынул, проясняя сознание. Она ответила:
- Одну минуту, Вадим Тимурович.
Быстро пригладила двумя руками волосы и вышла. По коридору шла с невозмутимой улыбкой, словно ничего не произошло. Когда вошла в приемную, там за секретарским столом сидела эта молодая мразь. Любовь Марковна направилась к кабинету Захарова, не глядя на нее. Толкнула дверь и спросила:
- Вызывали, Вадим Тимурович?
А тот сидел за столом. Взгляд нечитаемый, холодный, жест ровный, она невольно отметила про себя, как он медленно потер открытой ладонью тыльную сторону другой руки. Плохой знак. Но она все же улыбнулась и вошла.
Он показал ей на стул напротив.
- Присаживайтесь.
Все это не спеша, не повышая голоса, ничем не показывая намерений. Она тоже молчала. Глупее всего начинать оправдываться, прежде чем тебя обвинят. Однако пауза была тяжелой и давящей, а молчание становилось невыносимым. Она держалась из последних сил и выдержала.
Вадим Захаров заговорил первым.
- Любовь Марковна, я хотел бы прояснить кое-что.
Низкий голос мужчины звучал ровно, без эмоций, но ее все равно пробрала дрожь.
- Да, конечно, Вадим Тимурович, - она сейчас мыслила предельно ясно и готова была защищаться.
- Скажите, - он потер глаза. – Вы позволили себе обсуждать мою личную жизнь.
Теперь он смотрел прямо на нее.
Сейчас нельзя было врать, он поймет, только правду. И она сказала правду.
- Я считала эту меру оправданной. И я могу объяснить. В последнее время наблюдалось много попыток получить нелегальный доступ к внутренней информации «Сигмы». Как то: материалы финансовой отчётности, информация о торгах, а также прогнозы, свидетельствующие о возможных уязвимостях компании. Это явно делалось с целью получить выгоду в ущерб нашим интересам.
Захаров не прерывал, он слушал ее и медленно кивал, не отводя тяжелого взгляда. Это был хороший знак? Не было времени гадать, Любовь Марковна продолжила:
- По срокам это как раз совпало с моментом, когда вы приняли с испытательным сроком личного секретаря. Как вы понимаете, я не могла оставаться в стороне и не проанализировать ситуацию.
Он подтер подбородок ладонью.
- Конфликты с «Интеко», частные конфликты внутри вашей семьи, спровоцированные весьма искусно, игра на интересах. Все это началось с определенного момента.
Любовь Марковна склонила голову набок и прищурилась. По сути, все, что она сейчас говорила полунамеками, не называя имен, было правдой. И вот теперь нужно было очень осторожно добавить главное.
- Но есть еще кое-что, - проговорила она, понизив голос. – След этого всего тянется к «Интеко» и… к Солнцеву, тестю вашего брата. Учитывая прежние отношения, велик был риск, что этой особой все делалось для того, чтобы отвлечь и ослабить вас.
Да, она рисковала, но сейчас перевести стрелки было еще не поздно.
- Я вас понял, Любовь Марковна, - спокойно проговорил Вадим Захаров.
И медленно придвинул к себе пластиковую папку. Когда он ее открыл, Любовь Марковна похолодела. Там были распечатки телефонных звонков и сообщений, очевидно, полученные в оперативных целях от оператора мобильной связи.
Ее номер телефона, номер Ангелины, секретарши «Интеко», и самое палевное - номер Солнцева, их постоянные созвоны и переписка. Невозможно было не понять, что это означало: Вадим Захаров уже подозревал ее и собрал информацию.