глава 26
В эти дни Солнцеву пришлось предпринять много чего. Раз уж он теперь решил заполучить «Сигму» по-другому, семейным путем, он больше не стал задействовать секретаршу старого друга Тимки. Это уже становилось палевно.
Да и сам Тимур Захаров теперь как-то уж слишком замкнулся в себе и затих. Хотя оно и понятно в его положении, когда полная задница кругом. Вышел в тираж мужик, кончился. Дмитрий Анатольевич считал, что загнанных лошадей следует пристреливать. Но не спешил с этим.
Их всех вместе пригласили к Галине на юбилей. А раз так, все должно быть чинно и благородно, явить единство, поднять тосты за семью. Вот отгуляют юбилей и после. А пока следовало сократить общение до минимума. Чтобы не выдать свои планы и ни у кого не возникло раньше времени никаких подозрений.
Особенно следовало сократить общение с Викой, которая названивала ему по сто раз в день, но пока что Дмитрий терпел. Однако это не означало, что он ничего не предпринял. Он как раз сделал все как надо.
Потом еще, конечно, следовало правильно обработать дочь. А то с той сталось бы заупрямиться, мозги-то бабские, ветер в голове. Еще упрется и станет цепляться за своего Руслана. Дмитрий Анатольевич не раз и не два имел за это время беседу с дочкой. Начинал издалека.
- Ну, как у вас? Рус по-прежнему пьет и фокусничает?
Та отвечала уклончиво:
- Нет, больше не пьет и ночует дома.
Как почуял. Но надо было выяснить, спят они вместе или не спят. Если спят, то будет сложнее.
- А вы с ним… это? – намекнул Дмитрий Анатольевич.
Полина покраснела и обиженно фыркнула:
- Папа!
Из чего он сделал вывод, что вместе они не спят. На следующий день он решил прямо перейти к делу.
- Неудачный брак у тебя вышел, дочь. Вышла за пацана голож*пого, поторопилась ты, дочка. Надо тебе нормального денежного мужика, чтобы была за ним как за каменной стеной. Умного, взрослого. Ты присмотрись к Вадиму.
- Что? – Полина аж вспыхнула. – Как ты себе это вообще представляешь?
- Ты присмотрись, - проговорил Солнцев, прищурив один глаз. - А я все устрою.
Потом отпустил ее:
- Ты иди. И пусть зайдет твоя мать.
Потому что идти на юбилей уже завтра, а у них до сих пор не куплен подарок. Лера никак не могла ничего толкового выбрать и задавала вопросы один глупее другого. Что подарить женщине, которой они разбили жизнь, такое, чтобы ей понравилось? Нахрен.
- А вдруг она обиду затаила? – Лера все не успокаивалась.
Пока Солнцев, в конце концов, не рявкнул:
- Не о том думаешь! Срать я хотел на ее обиды в прошлом. Сама виновата, была бы умная, не потеряла бы мужика, - и прищурился. – Вот ты же умная, Лера? Скажи мне, умная?
- Д-да, - пробормотала она, нервно сглатывая.
- Вот ты бы чего хотела на юбилей? Круиз хотела бы, если бы была старая и одинокая?
А та кивнула.
- Да, хотела.
- Тогда купи ей круизный тур куда-нибудь в Турцию. Может, мужика там себе найдет. Все, иди и займись этим. И не выноси мне мозг.
Он просто устал.
Надоело все. Никакой самостоятельности, за каждой мелочью бегут к нему. А у него и так голова пухла, как устроить дочке быстрый развод и убрать с дороги Алену Новикову. Но тут решение пришло неожиданно быстро.
Всего-то нужно склеить одну сладкую парочку. Уложить вместе Руслана и Алену его бывшую. Он даже мрачно хохотнул про себя, так ему понравился вариант. Выглядеть будет вполне естественно, и ему экономия. Два по цене одного.
Единственное, что смущало, — это адрес ресторана, где Галина собиралась отмечать свой юбилей, ему до сих пор был неизвестен. Но ничего, нужного человека он уже нашел и договорился, что созвонится с ним и тот подъедет прямо на место.
Осталось только дождаться, когда все начнется.
***
Вадим в эти дни тоже не бездействовал.
Во-первых и в-главных, он все-таки переселил к себе Аленку. Только так он мог быть за нее спокоен. Утром отвозил Алену на работу, а дальше действовал по своему плану. Но и дел в офисе он не запускал.
И обязательно контролировал, все ли в порядке у Аленкиной мамы. Там был порядок, женщина и не могла нарадоваться на охранника, которого он к ней приставил. Тот ей уже и смеситель поменял, и подклеил плинтуса. Алена, когда это слышала, улыбалась. А ему было важно, чтобы она улыбалась, он хотел, чтобы дорогая ему женщина была счастлива.
Однако был один момент.
Накануне вечером.
Вадим не говорил заранее, только сейчас.
- Завтра, - начал он. – Там будут люди, которых тебе, возможно, видеть будет неприятно.
Алена сразу напряглась, но слушала внимательно.