Я дрожу, продвигаясь дальше в восточное крыло, где температура становится еще ниже, а по краям разорванных картин, висящих на стене, появляется иней. Черные щупальца чего-то темного цепляются за стены, полностью контрастируя с золотой магией, окружавшей мое новое оружие. Оно кажется злым, даже более злым, чем оружие, которым мой отец наказывал меня. У меня начинают стучать зубы, когда я поднимаюсь по удивительно хорошо сохранившейся башне, уверенная, что слышу голоса вдали.
Как будто меня ведет невидимая сила, когда я делаю один шаг за другим, и с каждым шагом женский голос становится все более слышным. Мое дыхание становится более поверхностным, когда страх овладевает мной, а холодный воздух превращает его в маленькие облачка дыма. Моя интуиция берет верх над паникой, заставляя меня идти вперед, пока я не оказываюсь в единственной открытой двери, которую я нашла, на самом верху башни.
Я резко вдыхаю, когда замечаю Феликса, стоящего в углу комнаты, его длинный черный плащ развевается на ледяном ветру. Он все еще в своем дорожном плаще, значит, он только что прибыл и направился прямо в восточное крыло. Феликс, похоже, стоит перед зеркалом, которое я не могу увидеть, и я делаю еще один осторожный шаг вперед, сердце бьется так громко, что я боюсь, он его услышит.
Мои глаза расширяются, когда зеркало попадает в поле зрения, и на секунду я уверена, что вижу в нем женщину — с бледной кожей, невидящими глазами и кроваво-красными губами, но потом я моргаю, и она исчезает.
Глаза Феликса встречаются с моими в зеркале, и он резко поворачивается, на его лице выражение, которое я не могу точно описать.
— Что ты здесь делаешь? — кричит он, шагая ко мне.
Я спотыкаюсь назад, наконец осознавая реальность. Я знала, что есть вероятность, что меня поймают, но была уверена, что он еще не вернулся.
— Я... я... — заикаюсь я, а его взгляд наполняет меня чистым ужасом.
Он снимает плащ и одним плавным движением накидывает его мне на плечи, а затем берет меня за щеки теплыми руками.
— Ты дрожишь, Арабелла. Ты замерзла. — Он звучит разъяренно, наклоняясь и поднимая меня, как он делал, когда мы прибыли во дворец. — Ты совсем с ума сошла? — упрекает он, начиная идти обратно по тому пути, по которому я пришла. — Никто не предупреждал тебя, как опасно приходить сюда? Ты могла бы замерзнуть насмерть, даже не осознав, что происходит.
Его плащ теплый, и я инстинктивно прижимаюсь лицом к его шее, нуждаясь в его тепле больше, чем я сама осознавала.
— Я просто бродила и заблудилась, — лгу я, желая задать вопросы, которые крутятся в моей голове.
Чем больше я об этом думаю, тем больше убеждаюсь, что видела женщину в том зеркале, и ясно, что Феликс не хотел, чтобы я узнала о ней. Это ее я должна была увидеть?
— Никогда больше сюда не приходи, — предупреждает он, неся меня по лестнице в нашу комнату. — Здесь небезопасно.
Я неохотно киваю и немного отталкиваю его, ожидая, что он опустит меня на пол, но вместо этого он садится на кровать со мной на коленях, крепко обнимая меня и прижимая свою голову к моей.
— Этого бы не случилось, если бы я сам показал тебе все, — говорит он с сожалением в голосе. — Если все пойдет хорошо, мне не придется уезжать еще несколько недель, так что, с большой долей вероятности, мы сможем наверстать упущенное.
Хотя его слова, несомненно, призваны меня успокоить, они только наполняют меня страхом и тревогой. Если он вернется, то сегодня будет первая ночь, которую мы проведем вместе как муж и жена. Это наша брачная ночь.
Глава 12
Арабелла
Мое сердце колотится в груди, а пальцы сжимают кинжал, который я нашла в восточном крыле. Он выглядит древним, и в нем есть что-то магическое. Он тонкий и маленький, но выглядит мощным.
Достаточно мощным, чтобы убить монстра.
Я прикусываю губу, пока несу его к кровати Феликса, прячу его между изголовьем и матрасом дрожащими руками, не зная, хватит ли мне смелости его использовать. С тех пор, как Феликс оставил меня в спальне, я могу думать только о проклятии, которое он хочет, чтобы я сняла, и каждый раз прихожу к одному и тому же ответу. Единственный способ, чтобы пророчество сбылось, — это убить его. За то короткое время, которое у меня было, я прочитала все книги, которые смогла найти в его библиотеке, но все, что я смогла узнать, это то, что проклятия должны закончиться, когда умрет тот, кто был проклят.
Мое время здесь ограничено, и я предпочитаю умереть, сражаясь с ним, и покончить с этим раньше, чем бесконечно страдать от его рук, пока все, что осталось от моей души, не будет разорвано на части. Я потеряю свою жизнь в этом процессе, но это лишь вопрос времени, когда он поймет, что я принесу ему только еще больше несчастья, и сам убьет меня. По крайней мере, таким образом я умру за достойное дело.