— Ты не обязана этого делать, — говорит она. Я улыбаюсь своей наивной младшей сестре. Ей никогда не приходилось делать то, чего она не хотела, поэтому она не может этого понять.
— Все в порядке, Серена, — говорю я ей, зная в глубине души, что это правда. Если я этого не сделаю, он заберет единственную оставшуюся принцессу Альтеи. Я никогда не смогу смотреть, как моя младшая сестра выходит замуж за чудовище — не тогда, когда я могу занять ее место. Я сделаю все для Серены. Я только хотела бы, чтобы кто-нибудь сделал то же самое для меня. Хотя бы один раз.
— Она права, — говорит Натаниэль. — Ты не обязана этого делать.
Он смотрит на меня, в его глазах мелькает расчетливый блеск. В детстве этот взгляд всегда означал неприятности, и я не могу удержаться от улыбки.
— Ты не можешь меня спасти, — говорю я ему, зная, что это правда. — Не в этот раз.
На протяжении многих лет мы с ним постоянно попадали в неприятности, и брак должен был стать нашим величайшим приключением. Вместо этого наша история закончится, даже не успев по-настоящему начаться.
Натаниэль выпрямляет плечи и начинает говорить, но я качаю головой и делаю шаг назад. Сегодня я не могу этого сделать. Я не могу утешать других. Я не могу дать ему то утешение, которого он ищет — не тогда, когда я сама так в нем нуждаюсь.
Глава 4
Арабелла
Я листаю страницы старейших исторических книг в замке, в каждой из которых Теон Феликс Осирис изображается как жестокий монстр. Никто не знает, сколько лет Императору Теней, и некоторое время ходили слухи, что он вовсе не человек, а миф, который передается из поколения в поколение. В конце концов, никто не живет вечно. Судьба такова, что никто не живет так долго, как, по-видимому, живет Император Теней. Это должно быть невозможно, но это вовсе не так.
Я просматриваю рассказы о его завоеваниях, каждый из которых ужаснее предыдущего. Он завоевал половину мира, но этого, похоже, ему недостаточно. Судя по тому, что я вижу, он в основном завоевывает земли с плодородными почвами и урожаем, но у нас нет ничего подобного. Альтея известна своей торговлей, и по сравнению со странами, уже находящимися под его властью, мы не можем предложить ему ничего особенного.
Я не понимаю, чего он хочет от нас. От меня. Согласно историческим записям, Император Теней никогда не был женат, и нет упоминаний о любовницах или наложницах. Единственная женщина, о которой когда-либо упоминалось в связи с ним, — это Элейн, которая, похоже, появилась рядом с ним десять лет назад. Она так же окутана тайной, как и он сам. Почему он решил жениться именно сейчас? И почему именно на принцессе Альтеи?
Я дрожу, беря в руки еще одну книгу о Императоре Теней, страх пронизывает меня до костей. Выживу ли я? Если я выйду замуж за этого монстра, переживу ли я нашу брачную ночь? Даже если я буду с ним бороться, сомневаюсь, что смогу причинить ему вред. Мой отец не отомстит за меня, а я не смогу защитить себя. У меня нет шансов против него.
Мои глаза расширяются, когда я переворачиваю страницы и начинаю читать о его алхимии, и мой страх сменяется любопытством. Император Теней — один из последних известных живых алхимиков, и, согласно этой книге, он способен заниматься алхимией без необходимости рисовать круги трансмутации — круги, которые можно нарисовать на любой поверхности, часто с пентаграммой внутри, вместе с уравнениями и древними текстами, которые позволяют алхимику направлять энергию, необходимую для проведения алхимических операций. Это неслыханно, и если это правда, то его алхимия будет выглядеть для посторонних не просто как магия. Это сделало бы его еще более могущественным, чем предполагают слухи.
Алхимия — это забытая наука, похожая на магию, но отличающаяся по своей природе. В то время как колдуньи часто могут создавать вещи из ничего, кроме энергии в нашей атмосфере, алхимия опирается на законы равного обмена, которые гласят, что из ничего ничего не может появиться. Например, золото должно быть преобразовано из другого вида металла и не может быть создано с помощью одной только энергии. Закон равного обмена отличается от естественного баланса, которому подчиняются колдуны, и который гласит, что магия не может быть использована в злонамеренных целях без значительных личных жертв.
Магия ограничена заклинаниями, зельями и естественной способностью заклинателя направлять и манипулировать жизненной силой, которую использует магия, но алхимия ограничена только окружающей средой алхимика. Чтобы создать копье, алхимику понадобится металл, а волшебница сможет использовать энергию эфира. Однако разница будет заключаться в том, что копье волшебницы будет иметь силу, равную ее способностям, и в конечном итоге копье вернется в эфир, часто в самый неподходящий момент. Копье алхимика останется навсегда.