— Так и есть. В глуши.
— Это же особняк… — Он посмотрел на меня так, будто ждал объяснений.
Я пожала плечами.
— Я просто не рассчитывала, что ты когда-нибудь это увидишь.
Через несколько секунд он свернул на кольцевую подъездную дорожку и помог мне выйти из машины. Мы немного подождали, пока мистер Ривз выбирался следом, щелкая камерой, как заправский турист.
— Вау, — протянул он. — Настоящее Рождество во плоти, да?
Мы оба предпочли не отвечать.
Николас сжал мою ладонь и повел меня вверх по ступеням. Я замешкалась перед дверным звонком — и не успела даже вдохнуть, как дверь распахнулась.
— А-а-а! Ты правда здесь! — моя любимая тетя, тетя Мэй, сгребла меня в объятия. Подняв взгляд на Николаса, она буквально отвисла челюстью.
И так и стояла с открытым ртом, пока я не подтолкнула его обратно на место.
— Э-э… — Она моргнула. — А это кто?
— Николас, — сказала я. — Просто мой парень.
— Я ее жених, — поправил он, протягивая руку. — Николас Сейнт.
— Подожди… Разве не так зовут твоего начальника?
— Да.
— Но ты же говорила, что он — тот еще придурок и не отпускает тебя домой на праздники.
— Он глубоко раскаивается в этих словах, — ответил Николас за меня.
— Ну… ладно тогда. Очень приятно наконец-то познакомиться лично, Николас. — Она улыбнулась, явно собираясь сказать что-то еще, но, к счастью, сдержалась. — А кто ваш друг позади?
— Никто, — ответили мы хором.
— Джеремайя Ривз. — Он протянул руку. — Я просто по делам, хвостом. Делайте вид, что меня здесь нет.
— Как скажете… — Она жестом предложила нам снять пальто.
— Мы много пропустили? — спросила я.
— Ага, конечно. — Она фыркнула. — Алкоголь только начали разливать, а дядя Джон еще никого не успел выбесить своими историями, так что вы слишком рано.
Ну просто замечательно.
— Николас, мне нужно попросить тебя об одном большом одолжении ради Дженны, пока ты здесь, — сказала она, глядя на него. — Может, при знакомстве ограничишься словом «парень»? А то ее отец устроит допрос с пристрастием и накричит. Ему совсем не понравится, что ты не спросил разрешения на свидания заранее.
Николас приподнял бровь, явно не понимая, о чем речь.
— Это что, Дженна там, в коридоре? — вдруг кто-то закричал.
— Дженна здесь?
— Дже-е-енна!
Вопли родственников заглушили любую возможность договорить. Собравшись с духом, я переплела пальцы с пальцами Николаса и потянула его за собой по длинному коридору, уставленному рождественскими елками, по дороге пожимая руки и обнимая родных.
Перед тем как нас отвели в гостевые апартаменты — комнату с видом на сад отца, который он когда-то разбил вместе с мамой, — я незаметно сунула обручальное кольцо в карман.
Нам не дали ни минуты побыть наедине, чтобы разобрать вещи и проговорить наш сценарий. Тетки тут же усадили нас в огромной столовой и наставили перед нами всевозможные бутылки вина и крепкого алкоголя.
Сделав большой глоток пряного эгг-нога, я поморщилась, когда алкоголь обжег горло.
Это всего на несколько дней, Дженна. Просто думай о деньгах…
Несколько часов спустя
— Что ты делаешь? — я проскользнула в нашу комнату и увидела Николаса, сидящего на краю кровати.
— Проверяю почту.
— Мы же договорились, что не будем спать вместе.
— Я в курсе, мисс Доусон. — Он поднял на меня взгляд. — Я просто сижу. Если ты не против.
— Я не хочу, чтобы ты тут обживался, — сказала я. — Не успею оглянуться, как ты решишь вздремнуть, а потом тебе вдруг покажется, что я хочу с тобой секса.
— Ты определенно хочешь со мной секса. — Он встал. — Тогда где, по-твоему, мне спать? Здесь нет ни дивана, ни кресел.
— Я попрошу папу принести… Нет, подожди. — Я подошла к шкафу. — Хотя лучше так.
Я вытащила стопку очень толстых, пушистых одеял и бросила их на пол.
— Сделаешь себе лежанку, — сказала я. — Я в детстве постоянно на таких спала.
— Я никогда так не спал и начинать не собираюсь.
— Можешь попробовать спать стоя, если хочешь. — Я пожала плечами. — Правда, это довольно неудобно.
Он посмотрел на одеяла, потом на меня — и медленно смирился со своей участью.
— Я припомню тебе это дерьмо, когда мы вернемся домой, — сказал он, задержав взгляд на моих глазах на секунду дольше, чем следовало.
— Дай знать, когда будешь готов ехать к своей маме, — сказала я. — Мне подойдет и сегодня, и завтра.
Я выскользнула из комнаты, прежде чем он успел сказать что-нибудь еще, прежде чем выражение в его глазах заставило бы меня уступить — хотя бы раз.