На секунду все замерли, разглядывая творение. Хейден закашлялась, пряча смешок, а лицо Клем перекосилось.
— Грейси, Кай не хочет быть принцессой.
Грейси нахмурилась.
— Почему? У принцесс же намного круче наряды и украшения, чем у принцев.
Кай расплылся в улыбке и обошёл остров.
— Ещё как хочу быть принцессой. — Он стянул тёмную футболку Blackheart Ink и натянул розовую. — Мне идет.
Я не смогла не проследить взглядом, как под его кожей двигаются татуированные мышцы.
— Должна признать, принцесса из тебя просто шикарная.
Кай наклонился ко мне, уголки губ дрогнули.
— Я стараюсь радовать.
— Знаешь же, Коуп теперь назовёт тебя Принцессой-Кисой, — прошептала я так, чтобы слышал только он.
Кай хмыкнул.
— Даже не думай показывать ему это.
Я щёлкнула телефоном — фото готово.
— Воробышек, — предупредил он.
Я улыбнулась.
— Можешь наказать меня потом.
— Это, черт возьми, обещание, — прорычал Кай, расправляя футболку. — Грейси, это лучший подарок, что мне когда-либо дарили.
— Правда? — спросила она, сияя во весь рот.
Кай кивнул.
— Все обзавидуются и захотят такую же.
Хейден положила ладонь на плечо сестры, на губах заиграла хитрая улыбка.
— А ведь мы можем купить материалы и сделать такие футболки для всех братьев Кая на Рождество.
Я вскинула руку.
— О-о-о! Я хочу помочь!
Хейден рассмеялась.
— Вот это будет весело.
Грейси снова наклонилась, достала ланчбокс и нахмурилась.
— Ой. — Радужный контейнер с единорогами разорвался по углу, и пакетик с морковкой попытался сбежать. — Дырка стала больше.
Кай взял бутылку с ярко-розовым тестом для панкейков и принялся рисовать гриву на своём блинном единороге.
— Сегодня же куплю тебе новый.
Грейси закусила губу, а я обняла её за плечи, поглаживая по спине.
— Этот особенный, да?
Она кивнула.
— Его мне подарила Хей-Хей. У всех девочек были единороги, и я тоже хотела.
Жжение в груди вернулось.
Хейден мягко улыбнулась сестре.
— Думаю, Кай сможет найти тебе сумку тоже с единорогами.
— Но ведь эту подарила ты, — пробормотала Грейси.
— Совсем забыла, но я купила в магазине иголки и нитки. Можем попробовать зашить, — предложила я.
Лицо Грейси просияло.
— Правда?
— Правда. Дай мне пару секунд.
— Надеюсь, у тебя есть наперсток, — крикнула Хейден, и за моей спиной раздался смех.
Я побежала в библиотеку за нитками и вернулась.
— У меня куча цветов.
— Розовый! — потребовала Грейси.
— Всего розового, сколько захочешь. — Я высыпала четыре оттенка, и Грейси выбрала самый яркий.
— Дай сюда, — сказала Хейден, протягивая руку. Через пару секунд она уже продела нитку и рассматривала разрыв. — Думаю, можно сделать так, будто это задумано специально.
— Как кинцуги, — вставила Клем, отпивая молоко.
Мы все уставились на неё.
— Кин-что? — переспросил Кай, удивленно.
Клем выпрямилась на табурете.
— Это японское искусство. Когда треснувшую керамику склеивают золотом или серебром. Считается, что это делает вещь ещё прекраснее — не скрывает, через что она прошла, а наоборот, отмечает это.
Я подняла взгляд и встретилась глазами с Каем через остров. Знала, что мои глаза блестят от сдержанных слёз.
— Мне это очень нравится.
— Мне тоже, — хрипло сказал Кай.
— Красота в сломленном, — прошептала Хейден, проталкивая иглу сквозь ткань ланчбокса.
— Только без золота и серебра, — заметила Грейси, тронув нитку. — Только розовый.
Я рассмеялась.
— Справедливо. Розовый гораздо круче.
Пальцы Хейден быстро мелькали над тканью, и вскоре она не только зашила угол, но и вышила там ярко-розовое сердечко.
— Готово.
— Хей-Хей, оно таааакое краааасивое! — воскликнула Грейси.
Я обняла подростка за плечи.
— И правда красиво. У тебя талант.
Хейден усмехнулась.
— Если честно, я всё равно предпочитаю хоккей.
Кай рассмеялся.
— Коуп, между прочим, сказал, что у тебя настоящий потенциал. Даже спросил, не интересует ли тебя что-то связанное с хоккеем.
В глазах Хейден вспыхнул интерес.
— Что именно?
Кай быстро взглянул на меня и улыбнулся.
— Seattle Sparks устраивают зимний лагерь для молодежи на каникулах. Он подумал, тебе бы понравилось.
Челюсть Хейден отвисла.
— Лагерь с профессиональной командой? В их арене?
Кай засиял так, что у меня защемило грудь.
— Именно. Что скажешь?