Я: Ещё раз спасибо, ребята. Вы лучшие.
Встав, я потянулась, и огромная футболка Кая задралась мне до бёдер. Всё тело ныло — вероятно, от того, что вчера я бросилась на гору в сто девяносто пять сантиметров ростом. Но я сделала бы это снова, если бы это хоть немного облегчило его боль.
Послышались звуки на кухне, и я направилась туда. Переступив порог, увидела Кая — в потёртой футболке Haven и свободных серых джоггерах, спущенных низко на бёдра. Майка была настолько старой, что местами протёрлась и обтягивала грудь так, что я невольно задержала на ней взгляд, сжав пальцы в кулаки.
— Утро, — сказал Кай, хрипловатым от сна голосом ставя две кружки на столешницу.
Я резко подняла взгляд. Для меня не было редкостью провести у него ночь — иногда мы просто засиделись за кино до поздней ночи или пересматривали «Сверхъестественное». Он всегда уступал мне кровать, а сам спал на диване.
Но сегодня всё было иначе. Я всмотрелась в его лицо, в тени под глазами.
— Ты вообще спал?
Он провёл рукой по волосам и покачал головой.
— Может, пару часов.
Я шагнула к нему — будто что-то невидимое потянуло. Как будто его боль отзывалась во мне. Обняла за талию и уткнулась лицом в его грудь. Не сказала ни слова. Любые слова сейчас были бы пустыми. Просто держала его. Как всегда.
Кай опустил подбородок мне на макушку, обнял в ответ.
— Можно я увижу их сегодня? Мне нужно, чтобы они знали… знали, что я рядом.
Я непроизвольно напряглась и заставила себя отступить.
— Поскольку у тебя с ними нет установленных отношений и не пройдена проверка, правила пока не позволяют свиданий.
На его челюсти вздрогнула мышца.
— Им нужно знать.
— Узнают. Когда придёт время — узнают. А пока я буду рядом с ними.
Кай обнял меня крепче, его татуированные пальцы сжались, будто подчёркивая сказанное.
— Я всё равно хочу подать документы.
Я ждала этого решения.
— Ты уверен?
Его янтарные глаза впились в мои.
— Ты думаешь, я не справлюсь?
Я сжала ткань его футболки.
— Я знаю, что справишься. Знаю, что этим девочкам невероятно повезёт, если ты появишься в их жизни. Но я хочу, чтобы ты был уверен, что это действительно то, чего ты хочешь.
Кай положил ладонь мне на шею, мягко сжал.
— Это именно то, чего я хочу. Скажи, с чего начать.
Я смотрела на его лицо, пытаясь уловить хоть тень сомнения. Её не было. Боже, какой же он хороший. Только прятал это за слоями мрака и сарказма, будто не хотел, чтобы кто-то увидел, какой он на самом деле.
— Ладно, — я выдохнула и взяла кружку, отпив кофе. — Для начала: в этой квартире тебя не одобрят. Проверка жилищных условий обязательна, а тут нет места для трёх девочек.
Кай взял свою кружку, обхватив её огромной рукой, и уставился в чёрную поверхность напитка.
— У меня есть другое жильё. Там места достаточно.
Я несколько раз моргнула.
— У тебя… есть другое жильё?
Странное чувство кольнуло грудь. Что-то вроде предательства. Как будто у Кая была тайная жизнь, о которой он мне не сказал.
Он поднял взгляд.
— Это не то, что ты подумала. Я построил его несколько лет назад. Просто… никогда не казалось, что пора переезжать.
— Ты построил дом и не сказал мне? Шеп помогал?
— Я никому не говорил, — подчеркнул Кай.
Чувство предательства сменилось болью.
— Я ведь не «никто».
— Воробышек, — прошептал он.
От этого стало только хуже.
Кай сократил расстояние между нами, поставил кружку на стол и зацепил мизинцем мой.
— Ты — мой человек. Всегда.
Боль и нежность столкнулись во мне, и я почувствовала, как подступают слезы.
— Я рядом. Всё, что тебе нужно.
Он наклонился и коснулся губами моего лба, задержавшись чуть дольше.
— Я знаю.
Моя бедная малолитражка закашлялась, когда я притормозила у дома Маккензи, и я всерьёз засомневалась, выдержит ли моя малышка зиму. Вздохнув, я схватила огромный пакет из The Mix Up и выбралась из машины. В тот же миг заметила знакомую фигуру, выходящую из внедорожника впереди.
Трейс выглядел мрачно, вытаскивая из заднего сиденья несколько пакетов. На них красовался логотип большого магазина в соседнем городке — одного из немногих, что открывались так рано. Господи, у моего брата было золотое сердце. И по его появлению я поняла, что Габриэль уже всё ему рассказал.
Он поймал мой взгляд и поморщился.
— Это глупо. Игрушки и книжки не исправят происходящее.
Я покачала головой.
— Зато покажут, что тебе не всё равно.
Трейс вгляделся в моё лицо.