Она хихикнула:
— Обещаю не говорить, что это из-за тебя.
— Слава богу, — пробормотал Кай.
— Ладно, — подытожила Элли. — Пошли.
Она придержала дверь, пропуская нас внутрь. К нам направился круглолицый мужчина с румяными щеками.
— Мистер Андерсон, — приветливо улыбнулась Элли. — Рада вас видеть. Спасибо, что остались подольше ради нас.
— Да ладно, не страшно. Хотя, может, придется написать записку моей жене, а то решит, что я опять удрал на ночную рыбалку.
— С радостью подтвержу алиби под присягой, — рассмеялась Элли. — Вы знакомы с Фэллон и Каем?
Мистер Андерсон кивнул, улыбаясь, но в глазах мелькнула настороженность, когда его взгляд упал на Кая.
— Конечно. Рад вас видеть, ребята.
— И я, — ответил Кай. — Спасибо, что выручили.
— Так вот, — подхватила Элли, — Кай и Фэллон недавно обручились и переезжают в новый дом. А к ним приедут сестры Кая. Нам нужно обставить примерно пятнадцать комнат, так что за дело.
— О-обручились? — выдохнул мистер Андерсон, не скрывая удивления.
Я шагнула ближе к Каю, положив ладонь ему на грудь:
— Именно. И очень счастливы.
Судя по взгляду, счастьем от меня не веяло, но мне было плевать.
— О, ну… поздравляю! Чем смогу — помогу, — поспешно сказал он.
Элли снова уткнулась в телефон:
— Отлично. Я запишу номера и цвета товаров, чтобы оформить заказы сегодня вечером. Надеюсь, вы сможете доставить все послезавтра. Понимаю, воскресенье, но, учитывая объем заказа, может, сделаете исключение?
Я поклялась бы, что в глазах мистера Андерсона загорелись долларовые знаки.
— Сейчас позвоню ребятам, посмотрю, кто хочет немного подзаработать.
— Спасибо огромное, — сказала Элли и махнула нам в сторону детского отдела. — Хочу рассказать о своей задумке для комнат девочек. А потом решим остальное.
Я посмотрела на Кая. Его янтарные глаза оставались затуманенными, и мне хотелось разогнать эти тени. Я зацепила его мизинец своим:
— Ты в порядке?
Он посмотрел на наши пальцы и переплел их крепче.
— Да, Воробышек. В порядке.
Я не совсем поверила, но держалась за звук прозвища на его губах и за его мизинец, обвивший мой. Даже когда он отпустил и подошел слушать Элли, я все еще держала в ладони призрак его руки — как всегда.
Я держалась за него, пока Элли водила нас из комнаты в комнату, пока мы тонули в выборе тканей, цветов и кроватей, и мозг начинал плыть. Звук уведомления заставил меня моргнуть. Кай достал телефон:
— Черт. Опаздываю на вечерний сеанс. — Он глянул на меня. — Справишься с остальным?
Я нахмурилась. Не то чтобы было необычно, что он работает допоздна, но с учетом всего происходящего он и так выжимал себя до предела.
— Ты уверен?
Он достал кошелек и вынул черную карту:
— Уверен. И Амекс прислали тебе еще одну — на все, что потребуется.
Я уставилась на протянутую карту, как на змею.
— Мне это не нужно.
Кай закатил глаза:
— Нужно.
— Ты вообще-то выходишь замуж, Фэл, — с усмешкой напомнила Элли.
Кай округлил глаза, молча показывая: «Люди смотрят».
Я осторожно взяла карту — будто в руках бомба с часовым механизмом. Она была тяжелее моих двух вместе взятых. Я сунула ее в задний карман.
Уголок его рта дрогнул:
— Видишь? Не так уж больно.
— Разве тебе не пора идти колоть людей иглами? — парировала я.
Он тихо рассмеялся, шагнув ближе, лишь на миг бросив взгляд на Элли:
— Мой Воробышек, который боится иголок.
— А кому это может нравиться? — проворчала я.
Кай обнял меня, прижимая к груди.
— Иногда боль того стоит — ведь после нее рождается красота.
Я позволила себе ослабить защиту — хоть на мгновение. Почувствовать его тепло, силу, запах дубового мха и амбры.
Он коснулся губами моего лба:
— Напиши мне, как только доберешься домой. Хочу знать, что ты в безопасности.
Я с трудом сглотнула. Будто в горле завязался узел. Его просьбы убедиться, что я доехала, были привычными — забота всегда была частью нас. Но сейчас это звучало иначе. Может, потому что он держал меня. Или потому что его губы почти касались моей кожи. Что бы это ни было, я впитывала каждую секунду, понимая: однажды останутся только воспоминания.
— Хорошо, — прошептала я.
Он держал меня еще пару секунд, потом отпустил и направился к двери. Я смотрела ему вслед, пока он не скрылся из виду, запоминая шаги и то, как куртка облегает широкие плечи.
Когда наконец заставила себя обернуться, Элли стояла с улыбкой Чеширского кота. Она обмахивала себя ладонью и покачала головой: