— Делай свою работу, сладкий, сладкий кофеин, — прошептала я в чашку, будто пытаясь наколдовать хоть немного бодрости.
Сделав долгий глоток, я закрыла глаза — глаза, полные ощущения, будто в них засыпали песок, политый кислотой. Но после пары глотков я почувствовала себя чуть более человеком.
Я поставила кружку на комод. Его поверхность была испещрена кольцами от чашек — следами бесчисленных утр, таких же, как это. Мама от этого сходила с ума. Всё время подсовывала мне подставки или предлагала обновить покрытие. Но подставки терялись в хаосе моего крошечного домика на окраине города, а комод… комод имел свой характер. Или, как говорила Лолли, «Он многое повидал, детка».
Передвигаясь по комнате, я натянула покрывало на кровати и поморщилась, заметив на тумбочке стопку папок и ноутбук. Бумажная работа. Бесконечная бумажная работа, если ты служишь в отделе опеки и попечительства при Департаменте социальных служб. Девять из десяти раз именно она была причиной моих ночей, заканчивавшихся в два часа. Я потянулась к кофе и сделала еще глоток, напоминая себе, насколько мало я спала.
Телефон пискнул. Я потянулась за ним, едва не снесла «Пизанскую башню» из бумаг и пролила горячий кофе на руку. Выругавшись, я успела избежать серьезных ожогов. На экране мигал семейный чат.
Шеп сменил название группы на «Труселя Коупа».
Я нахмурилась. Мои братья и сестры постоянно соревновались, кто придумает более идиотское название для чата, но это было что-то новенькое.
Шеп: Смотрите, кого я сегодня увидел в супермаркете...
Экран заполнила фотография журнала Sports Today. На обложке — мой брат, хоккейная звезда, с голым торсом, покрытым каким-то маслом, и зачесанными назад волосами. Слава богу, не в одних трусах, но шорты оставляли мало простора для фантазии. Я поморщилась.
Я: Не уверена, что хотела видеть это до завтрака. Мне слегка нехорошо.
Коуп: Грубо. Саттон сказала, что я выгляжу отлично.
Роудс: Твоя невеста не может считаться беспристрастным судьей.
Кайлер: Тебя что, обмакнули в чан с оливковым маслом? Или натерли салом? Мне нужно знать детали.
Все в семье звали Кайлера сокращенно — Кай, но я так и не смогла изменить имя в своем телефоне. Как и многое другое в моей жизни, это было напоминание о том, что могло бы быть. Клеймо, от которого я так и не смогла избавиться, даже зная, что оно никогда не станет моим.
Трейс: Эта фотография неприлична. Хуже, чем серые спортивные штаны.
Роудс: Ах да, серые штаны. Мужская версия развратного наряда. Пожалуй, пора заказать пару таких для Энсона.
Уголки моих губ дрогнули.
Я: Дай знать, как отреагирует этот мизантроп и враг всего яркого.
Жених Ро, угрюмый тип, долгое время разговаривал исключительно рычанием и хмурым взглядом. Всё изменилось, когда они нашли друг друга. От этого воспоминания в груди защемило. Я положила телефон и потерла место над сердцем.
Арден: Слишком рано, чтобы лицезреть хозяйство Коупа. Зато фанатки хоккея наверняка в восторге.
Коуп: Не произноси при Саттон «фанатки хоккея». У нее на это аллергия.
Арден: Подарю ей перочинный нож на Рождество.
Я невольно усмехнулась, приступая к макияжу. Арден в нашей семье была известна тем, что сначала хваталась за нож, а потом задавала вопросы. Так она, к слову, и познакомилась со своим женихом, Линкольном.
Коуп: Пожалуйста, не надо. У меня не хватит денег на иски.
Шеп: Сообщаю, что отправил это фото Лолли, и она сказала, что сделает из Коупа сказочного принца в своем следующем арт-проекте.
Я едва не размазала консилер, улыбнувшись. Лолли прославилась своими неприличными алмазными мозаиками — все они имели весьма... фаллический уклон. И как бы ни ворчали мама и братья с сестрами, она не переставала их дарить.
Коуп: Ты заплатишь, парень с молотком. Она наверняка изобразит, как я оседлал бедную невинную фею.
Роудс: А может, тебе повезет, и ты окажешься в ее композиции-тройничка. Помнишь ту с эльфийкой и башней Эйфеля?
Трейс: Мои глаза до сих пор не оправились.
Я взглянула в зеркало и поморщилась — круги под глазами потребуют двойного слоя тонального крема.
Кайлер: На ужине обязательно спрошу о ее художественном замысле.
Я выругалась, глянув на гору дел на тумбочке.
Я: Кажется, сегодня не смогу прийти. Простите. Если что — дайте краткий отчет.
Роудс: Что происходит? Ты совсем пропала в последнее время.