— Это с ворот, — хрипло сказал он. — Они приехали.
Я улыбнулась ему ободряюще:
— Впусти их.
Роуз решила сама забрать девочек из школы и привезти сюда. Так они могли увидеть свой новый дом до переезда в выходные — и, наконец, познакомиться с братом.
Кай коснулся экрана телефона и убрал его обратно в карман.
— Похоже, всё начинается.
Я подошла ближе, зацепив его мизинец своим и сжав.
— Им нужно время. Не принимай на свой счет, если скажут что-то неприятное. Они прошли через многое.
Он сглотнул:
— Знаю. Особенно Хейден.
— Особенно Хейден, — повторила я. — Но со временем они тебя полюбят. Сильно.
— Надеюсь, ты права.
— Я знаю, что права. А теперь пойдем встречать их.
Кай кивнул, отпуская мой палец, и первым направился вниз. Его рука зависла на дверной ручке. Я положила ладонь ему на спину.
— Все, что тебе нужно, — просто быть рядом. И продолжать быть рядом, что бы ни происходило. Радость, злость, слезы — просто будь.
Он оглянулся через плечо:
— Как ты всегда была рядом со мной.
Тепло вспыхнуло где-то в груди.
— Именно так.
Кай открыл дверь.
Несмотря на холод, солнце Центрального Орегона сияло ослепительно, отгоняя мороз. Вдали показался универсал, и сердце у меня забилось чаще. Через пару секунд Роуз остановила машину у дома и открыла заднюю дверь, помогая выйти Грейси.
Хейден выбралась следом, глядя на огромный дом. Лицо было бесстрастным, но побелевшим. От этого вида кольнуло в груди: я представляла, как ей страшно. Наверное, вдвое сильнее, чем сестрам — ведь она всегда была их защитницей.
Я натянула приветливую, не слишком широкую, но искреннюю улыбку:
— Привет, девочки. Рада вас видеть.
Хейден очнулась от своих мыслей и поспешила обойти машину, чтобы взять Грейси за руку. У малышки глаза были огромные, янтарные, и она не отрывала взгляда от Кая. Он, словно почувствовав её тревогу, опустился на ступеньки, чтобы не казаться таким высоким.
Пустяковый жест — особенно если вспомнить, как холодны были эти ступени, — но Кай всё равно сделал это.
Клементина обошла багажник и внимательно осматривала окрестности. Она молчала, но в её взгляде не было страха — только любопытство.
Роуз положила руку на плечо Хейден:
— Я знаю, день выдался важный. И хочу напомнить всем, что испытывать сильные чувства — это нормально. Изменений в последнее время и правда много.
— Ты такой же большой, как дикарь! — выпалила Грейси.
Кай бросил на меня озадаченный взгляд:
— Дикарь?
— Не говори так, — резко сказала Клем. — Это грубо.
Грейси растерялась:
— Я просто… люблю свою книжку. Ту, что Хей-Хей мне читает.
На лице Кая появилась улыбка:
— «Там, где живут чудовища»?
Губа Грейси дрогнула, но она кивнула.
— Эти чудовища обалденные, — сказал Кай, всё еще улыбаясь.
Губа перестала дрожать.
— Правда?
— Конечно. Они ведь добрые монстры. Прямо как я люблю.
Малышка едва заметно улыбнулась.
— Мне они тоже нравятся.
Кай посмотрел на всех троих сестер, сидя на ступеньках:
— Знаю, вам, наверное, страшно. Я был в похожей ситуации. Просто хочу, чтобы вы знали — я сделаю всё, чтобы вам стало легче. Если что-то нравится или не нравится, просто скажите мне.
Он глубоко вдохнул:
— Знаю, что Рене кое-что вам наговорила. Сказала, будто я знал о вас. Но, клянусь, это не так. Если бы знал — давно забрал бы вас к себе.
Хейден сжала губы в тонкую линию, ничего не ответив.
Клементина перевела взгляд с Кая на меня:
— Мисс Роуз сказала, вы вчера поженились.
Кай бросил на меня короткий взгляд:
— Да. Это вас не смущает?
— Она красивая. И любит шоколад, — сказала Грейси как нечто само собой разумеющееся.
Кай рассмеялся:
— Ну я бы точно не женился на той, кто не любит шоколад.
Грейси и Клем прыснули от смеха. А вот Хейден посмотрела на меня подозрительно:
— Вот тебе и обещание быть нашим голосом.
Эти слова ударили точно в грудь, но я приняла их.
— Я никогда не перестану быть вашим голосом. Просто теперь делаю это по-другому. А мисс Роуз, между прочим, тоже неплохо умеет говорить.
Роуз стряхнула с плеча невидимую пылинку:
— Фэллон училась у лучших.
Губы Хейден сжались еще сильнее, но Грейси и Клементина, похоже, спокойно приняли мой новый статус — как жены их брата. Надеюсь, со временем и Хейден привыкнет.