В глазах Кая мелькнула боль, густая, темная. Я не выдержала — подошла ближе, обняла его за талию и прижалась лицом к груди. Его сердце било ровно и уверенно, прямо под ухом.
Я делала то же самое, когда он попал в больницу после той драки. Тогда я не доверяла аппаратам — мне нужно было самой слышать, как оно бьется.
Кай опустил подбородок мне на макушку и обнял крепче:
— Хочу просто стереть всю их боль. Сделать так, чтобы всё стало хорошо.
— Но ты же знаешь, что жизнь так не работает.
— К сожалению, да, — глухо ответил он.
Я сжала пальцами мягкую фланель его рубашки:
— Зато радость от этого потом чувствуешь сильнее. Именно потому, что знаешь, что такое боль. Нужно только дождаться, когда хорошие моменты начнут пробиваться.
Я немного отстранилась, чтобы понять, дошли ли мои слова. Кай смотрел прямо в глаза, и в его взгляде было что-то, чего я не могла разобрать. Пальцы запутались в моих светлых волосах.
— Не представляю, что бы я делал без тебя, Воробышек.
Дыхание застряло в горле. Мы были так близко, что я почти чувствовала его вкус. И, как уже не раз случалось, потеряла осторожность. Потянулась ближе, губы зависли в миллиметре от его. Его пальцы сильнее сжались в моих волосах, по коже побежали искры и вдруг...
— Яяяя пришлаааа! — протянула из прихожей Лолли.
Мы отпрянули друг от друга, Кай выругался и сделал шаг назад, руки быстро опустились.
— Ты дала ей ключ?
Я постаралась не показать, как кольнуло его мгновенное отстранение, и ответила сухо:
— Конечно нет. Я не собираюсь рисковать, что она украсит потолок нашей спальни сценой ангельской оргии из страз.
Он хмыкнул, а потом в глазах мелькнуло понимание:
— Я дал ключ Коупу, чтобы он занес хоккейные вещи для Хейден. Наверняка этот придурок отдал его ей.
Кай уже направился обратно в гостиную, и я поспешила за ним.
— Лолли, — позвала Элли, — я не знала, что ты сегодня придешь.
— Так меня и не приглашали, — фыркнула та, — вот я сама себя и пригласила.
— Потому что, — сказал Кай, заходя на кухню и в столовую, где за огромным столом могла уместиться вся семья Колсонов, — сегодня первый вечер. Мы не хотели слишком много людей сразу.
Лолли откинула назад седые волосы с розовыми прядями:
— Но ведь я — лучшее, что есть в этой семье.
— Ты — самое непристойное, что есть в этой семье, — проворчал Трейс.
— Одно и то же, — буркнула она.
Грейси робко улыбнулась:
— Мне нравятся твои блестки.
Лолли закружилась, взметнув пышную розовую юбку из тюля с пайетками. На ногах у неё были ковбойские сапоги с блестящими грибами по бокам и футболка с надписью «Мы верим в грибы» и целым рядом сияющих стразами мухоморов.
— Спасибо, конфетка. Ты, должно быть, Грейси.
Малышка кивнула.
— А я Клементина, но все зовут Клем. И я тоже люблю грибы.
Лолли поставила на кухонный остров два пакета и хлопнула в ладоши:
— Ещё одна ценительница грибного мира! Обожаю!
— Только она явно не фанат тех грибов, что любишь ты, Лоллс, — сухо заметил Коуп.
Трейс поднял руку:
— Только без глупостей. Если что — арестую вас обоих и заставлю делить камеру.
Клем и Грейси прыснули со смеху, а Хейден просто стояла, глядя на Лолли в совершенном ошеломлении.
— Ты, должно быть, та самая хоккейная звезда, про которую рассказывал Коуп, — с улыбкой сказала Лолли.
Щеки Хейден порозовели.
— Думаю, слово «звезда» немного преувеличено.
— Ничуть, — возразил Коуп. — У тебя есть всё, что нужно, если ты этого захочешь.
По лицу Хейден промелькнуло что-то неуловимое — и тут же исчезло.
— Ну, я Лолли... — начала та.
— Или Супербабуля, — вставила Кили.
— Да, Супербабуля, — с достоинством подтвердила Лолли. — И я принесла всё необходимое для моих легендарных волшебных мороженых.
В глазах Трейса мелькнула тревога:
— Эти мороженые не… особенные, надеюсь?
Лолли отмахнулась:
— Конечно, особенные. Но не настолько, чтобы вы потом видели, как гномы Элли всю ночь танцуют макарену на газоне.
— По-моему, это было бы весело, — заявила Грейси.
Кили кивнула:
— Элли научила меня макарене и танцу из Bye Bye Bye. Она сказала, что нужно знать историю, а девяностые — это лучшее, что у нас есть.
Трейс бросил на Элли усталый взгляд:
— Девяностые? Серьезно? А как же промышленная революция, движение за гражданские права, борьба за права женщин?
Элли аккуратно сложила салфетку: