— От них осталась пыль, — призналась я.
Я видела Кая разным: сильным и защитником, мягким и внимательным, дерзким и веселым, злым и готовым сжечь мир, добрым и задумчивым. Иногда мне даже казалось, что в его янтарных глазах мелькал отблеск любви — пусть не той, какой я хотела, но всё же.
Но таким я его еще не видела. Тем, кем он, кажется, должен был быть — отцом.
Глаза защипало, и я поспешно вышла из комнаты.
— Что еще нужно сделать внизу?
Я уже направилась туда, но Элли перехватила меня за локоть:
— Всё готово. — Она внимательно посмотрела на меня. — Это всё… непросто. Переход. Но если захочешь поговорить, я рядом.
Я проглотила ком в горле, заставляя себя не расплыться на месте. Сейчас не время для моих чувств. Сейчас главное — чтобы девочки получили всё, чего им не хватало.
— Всё в порядке.
— Пока нет, — мягко ответила Элли. — Но будет.
Один уголок моих губ приподнялся:
— Из меня ужасная лгунья.
Элли обняла крепче:
— Потому что ты человек.
— Правда в том, — выдохнула я, — что я вроде бы в порядке. И одновременно нет. Но в итоге всё будет хорошо.
Элли рассмеялась, отпуская меня:
— Знаешь, я прекрасно понимаю, о чем ты. Вроде полный бардак, но ты уверена, что справишься. А среди этого бардака вдруг случается такая красота, что дух захватывает.
— Как Кай, читающий сказку своим сестрам. Сестрам, которые теперь в безопасности, накормлены и в тепле, — глаза у меня снова защипало.
Элли сжала мою руку:
— Такая красота. Только не забывай, что всё происходящее — большая нагрузка. Береги себя.
Я глубоко выдохнула:
— Обязательно. Сейчас это значит — душ.
— Отлично. У Коупа есть ключ, так что мы сами закроем дом, — сказала Элли.
— Спасибо. За всё.
— Всегда, — ответила она, мягко сжав мою руку еще раз и направилась по коридору к лестнице.
Я осталась стоять в холле, прислушиваясь. Кай всё еще читал. Из комнаты Хейден не доносилось ни звука и это настораживало. Подросткам нужна музыка, звонки друзьям, немного хаоса. Надеюсь, со временем она обретет всё это.
Повернувшись, я пошла в нашу спальню. Постаралась не смотреть на огромную кровать посреди комнаты и сразу направилась в гардеробную. Открыв ящик, я начала перебирать пижамы и нахмурилась.
Ни одна не кричала: «замужняя женщина». Все шептали: «удобство превыше соблазна». В этом, конечно, не было ничего плохого, но порой хотелось чувствовать себя привлекательной. В моей жизни для этого было мало поводов.
Те редкие попытки зайти дальше, чем просто флирт, будто натыкались на невидимую стену. Всё казалось неправильным — и со временем я просто выключила эту часть себя. Теперь от этого было немного горько.
Я достала пижаму, которую Роудс подарила мне на Рождество два года назад — вся в ярких фантиках от конфет. Совсем не соблазнительная, зато до смешного мягкая.
В ванной я быстро приняла душ, потом прошла свой бесконечный ритуал ухода за кожей, пока лицо не стало блестеть, как утренняя роса. Почистила зубы, расчесала волосы, оставив мягкие волны, и наконец признала очевидное — я откровенно тянула время.
Я глубоко вдохнула и вошла в спальню. Кай сидел на краю кровати — в серых спортивных штанах и старой футболке Blackheart Ink. Его взгляд поднялся на мое лицо, но выражение оставалось непроницаемым.
Я облизнула пересохшие губы:
— Привет.
Янтарные глаза скользнули по моему лицу.
— Грейси и Клем уже спят.
— Хорошо. Это… хорошо. А Хейден? — пальцы сами собой теребили край пижамной кофты.
— Она еще читала книгу, но я не уверен, что имею право устанавливать ей время отбоя. — Кай провел татуированной рукой по волосам, и я заметила усталость, проступившую в каждой линии его лица.
Всё мое неловкое смущение растворилось. Я подошла и запустила пальцы в его волосы, мягко массируя кожу головы.
Кай тихо застонал, когда я надавила у основания черепа:
— Такое чувство, будто весь мир сидит у меня там, в затылке. Одно неверное движение и всё взорвется к черту.
— Ты всё равно сделаешь неверное движение, — сказала я тихо.
Он посмотрел на меня с немым укором.
Я сильнее вдавила пальцы туда, где чувствовалось напряжение:
— Насколько мне известно, ты не инопланетянин. А люди, как правило, совершают ошибки.
— Эти девочки больше не заслуживают ошибок.
— Нет, не заслуживают. Но, может, куда важнее научить их, как с ними жить дальше, а не пытаться стать идеальным?
Кай положил ладони мне на бедра, обхватывая сзади:
— Откуда у тебя такая мудрость?
Я усмехнулась: